О том, почему актёру нужно быть лабрадором, какие запахи напоминает литература Капоте и при чём тут музыка Мадонны, Евгений Шварц рассказал в новом интервью.
Ты неоднократно говорил, что работа в театре — это скорее про рутину.
Да, когда ты в труппе, конечно. В случае отдельного проекта — это другая жизнь. Здесь подготовка шла два месяца, и я понимал, что в этот период мне нужно отказаться от личной жизни, съёмок, денег, от определённого комфорта. Выйти из всего этого и раскачаться. Только к тридцати годам я понял, что пора это сделать. Я поймал себя на мысли, что я обычно не отказываюсь от театра — я ссу театра. И понял, что нужно идти туда, где страшно.
Дай свою характеристику Капоте, в чём он для тебя?
Детство. Он так точно описал моё детство, переживания, которых я ни у кого из авторов не видел — это абсолютно точное попадание в мои мысли тех лет. И он всё это пропустил через себя в сознательном возрасте, и так точно, скрупулёзно и так легко ему это удалось. Когда я читал «Другие голоса», я понимал, что эта Америка мне неизвестна, но я узнаю запахи, которые он описывает. Мы же из детства помним образы людей. Вот тётя Маша, мамина подруга, я её помню, от неё был запах капроновых колготок и у неё была смешная помада. Вот именно про это для меня Капоте.
Фото: Полина и София Набока / пресс-служба Театра Ермоловой
🖤 Telegram | VK | MAX