Трансформация семейных империй и старых холдингов — главный тренд десятилетия. Forbes пишет, как саудовская SEDCO перестраивает бизнес для новой эры. Но за красивым словом «трансформация» на разных рынках стоят совершенно разные процессы.

На Западе это институционализация. Основателя плавно отодвигают в сторону, нанимают армию консультантов и создают советы директоров. Трансформация здесь означает переход от визионерства к жесткой оптимизации unit-economics.

В GCC трансформация — это диверсификация и покупка глобальной экспертизы. Традиционные капиталы перетекают из локальной недвижимости в мировые проекты. Местные гиганты нанимают топовый C-suite со всего мира, хотя финальное решение всё равно может приниматься на закрытом семейном ужине.

В СНГ сейчас идет первая волна реальной передачи власти от основателей из девяностых. Трансформация часто выглядит так: кресло CEO торжественно отдают наследнику с лондонским дипломом, но реальный фаундер продолжает управлять компанией через голосовые сообщения в Telegram.

Реальная власть в период таких переходов всегда скрыта. Если вы заходите топ-менеджером в холдинг, который публично объявил о «новой эре», не смотрите на обновленную оргструктуру. Ищите того, кто на самом деле контролирует денежные потоки. Самые большие возможности для карьерного и финансового скачка сейчас там, где гигантскому капиталу резко не хватает современной структуры.

А как в вашей компании принимаются реальные решения — строго по регламенту или по старой памяти?

Источник: Forbes Middle East

SHIFT Lab