«Мы применяем гибкие дипломатические инструменты для балансировки мирового энергетического рынка».
В переводе с политического на управленческий: инфляция сжигает наши рейтинги, цены на топливо нужно срочно сбивать, поэтому мы дадим заработать своему прямому противнику, лишь бы закрыть дыру в собственных показателях.
Большая политика — это просто корпоративный сектор с более высокими ставками. Когда на кону сохранение власти или спасение квартального P&L, идеалы быстро убирают в стол. Делать уступки конкуренту неприятно, но проиграть собственный внутренний рынок — смертельно.
Принципы всегда отодвигаются на второй план там, где возникает реальная угроза потери контроля.
Для бизнеса это блестящий мастер-класс по расстановке приоритетов. Компании обожают писать красивые стратегии о ценностях и нерукопожатных партнерах. Но когда unit-экономика летит в пропасть, выживают те C-suite руководители, которые способны сесть за стол переговоров с кем угодно. Сделки с неприятными подрядчиками или уступки агрессивным конкурентам — это не слабость, а холодный расчет.
Посмотрите на свои главные нерешенные задачи. Если отключить эмоции и корпоративную гордость, с кем вам нужно договориться уже завтра, чтобы бизнес перешел на новый уровень? Приходилось ли вам идти на сделку с открытым оппонентом ради спасения цифр?
Источник: The Economist — Finance
SHIFT Lab
