Плёсское дело: безопасная технология отъёма имущества

Чтобы разорить семью Шевцовых из Плёса (1800 жителей), не угодившую «хозяину города», понадобилось мастерское злоупотребление новейшими российскими законами.

Важнейшую роль на всех этапах сыграло злоупотребление законом об иностранных агентах.
Для включения в реестр предпринимателя Алексея Шевцова*, не занимавшегося никакой политической деятельностью, «неизвестные злоумышленники», назовём их так, создали от его имени две фейковые "оппозиционные" публикации-улики в интернете. Клеймо иноагента с самого начала лишило жертву рейдерского захвата шансов на широкую общественную поддержку и на собственно правосудие.

При этом важно отметить, что подделка доказательств с целью сделать человека иноагентом в России в принципе не наказуема. Это не караемый статьёй УК РФ ложный донос (ложное сообщение об уголовном преступлении). Более того, суд даже не признает присутствие в реестре иноагентов порочащим или нежелательным обстоятельством, то есть включение в реестр по фейковым основаниям в сегодняшнем юридическом понимании не означает причинения жертве какого-либо ущерба. В результате жертва имеет мало шансов добиться выявления и преследования мошенников и злоумышленников (заказчиков и авторов антироссийских фейков) по правилам уголовного процесса.

Ещё интереснее: проверка достоверности публикаций-улик не входит в обязанности Минюста России, который по закону должен лишь зафиксировать эти улики «в открытых источниках», то есть на просторах интернета. Если публикацию, даже размещённую мошенниками, увидели сотрудники Минюста или Роскомнадзора, она вполне способна служить обоснованием иноагентства.

Таким образом, фабрикация фейков об иноагентстве, новаторски примененная в Плёсском деле, продемонстрировала свою эффективность и полную безопасность для её организаторов.

Что касается непосредственно задачи отъёма имущества, она была решена с формальным использованием антикоррупционного законодательства.

Исходный гражданский иск областной прокуратуры против Шевцова* опирался на ложную информацию, предоставленную администрацией Плёса, — справку о том, что Шевцов* якобы получал в муниципалитете зарплату. Отсюда стандартное основание антикоррупционного иска и типовые формулировки информационной кампании в федеральных СМИ (с 22 сентября 2025 года): чиновник нарушил запрет на предпринимательство и поэтому его имущество должно быть изъято. При этом справку администрации саму по себе трудно квалифицировать как ложный донос или умышленную фальсификацию доказательств. Просто не туда посмотрели в архиве, что-то не так поняли.

В суде случилось непредвиденное: несмотря на давность событий и сжатые сроки подготовки, адвокаты Шевцовых нашли все нужные документы, ложная справка администрации была опровергнута. Суд признал, что Шевцов*, будучи депутатом на общественных началах, имел право зарабатывать предпринимательством.

Но «своевременное» включение Шевцова* в реестр иноагентов (с 10 октября 2025 года) создало ситуацию, когда районный суд, а вслед за ним и областной, как будто получили полный карт-бланш на фантазийное юридическое обоснование изъятия имущества его семьи, фразеологически оформляя это изъятие как "антикоррупционное".

В результате суды Ивановской области пришли к абсурдным решениям: Шевцовых лишили имущества и средств к жизни за то, что разрешено законом, в декабре 2025 года специально подтверждено Конституционным Судом и открыто практикуется и депутатами в Плёсе, и десятками тысяч депутатов городских и сельских поселений по всей стране: совмещение депутатства на общественных началах с основной работой и предпринимательством на территории своего муниципалитета.

Снять основанное на двух фейках иноагентство до рассмотрения своей кассационной жалобы на изъятие имущества Шевцов* не успел: его «иноагентское» дело по неясным причинам уже четыре месяца не может попасть в Мосгорсуд.

Как поступит в этой ситуации Второй кассационный суд общей юрисдикции в Москве, который во вторник 25 августа в 13:00 рассмотрит жалобу семьи Шевцовых? Увидим.


*признан иноагентом