Надо отдать себе отчет в том, что самым дорогим товаром, самым востребованным искусством сегодня является не только истина и фактчекинг, но еще и умение щадить друг друга.
От Виленской все время требуют, чтобы она каялась, — и весьма возможно, многих действительно раздражает то, что ошибки свои она признает слишком весело, без истерики (один бог знает, чего ей это стоит). Но для начала, думается мне, стоило бы от самих себя потребовать более четких дефиниций: infotainment — не профанирование. Лекция — не просвещение.
Популяризация — не покушение на эксклюзивность и посвященность: посвященным ничего не сделается. Поверьте мне: нет такого специалиста, который не презирал бы журналиста за поверхностность. Нет такого обладателя уникальной научной делянки, который не оберегал бы ее со всей ревностью молодого любовника. Страсть уличать — не следствие любви к истине, здесь тоже хорошо бы провести границу: несомненно, если человек делает ошибки в публичной лекции, дело профессионала — на эти ошибки указать. Но возводить очи горе, восклицать «почему я не удивлен!», требовать штрафов и чуть ли не уголовной ответственности все же некая чрезмерность: пафос уличения и обличения куда опасней любого дилетантизма.
Мы недоброжелательны не потому, что отличаемся особой утонченностью или нервностью. Мы недоброжелательны потому, что затравлены. Не будем же увеличивать количество затравленности в нашем и без того токсичном мире. Это вовсе не означает терпимости к чужой лаже. Это означает лишь способность помнить, во имя чего мы вообще всем этим занимаемся.
* Минюст считает "иноагентами"