Спрингфилд продается в России! (еще и на Ozon)

В это невозможно поверить, но нам удалось хакнуть систему. Спрингфилд появился на Ozon и в нескольких книжных Москвы. Один из них — в километре от Кремля. На этом моменте я улыбнулся. Книжные назову немного позже — не хочу подставить смельчаков. Они уже пару недель продают книгу и она расходится сарафанным радио — вот как хорошо я умею хранить тайны)) А ссылка на Ozon тут.

Скажу несколько слов о российском издании. Есть несколько важных для меня принципов, на которых существует эта авантюра. Я очень надеюсь, что вы меня поймете.

1. Это издание романа, в первую очередь, акционизм. Да, эта книга заявлена как цензурированная версия начиная с самой обложки, но это обнаженный прием. Попробуйте открыть ее и понять или не понять, о чем там идет речь и что хотят сделать герои с ведущим Соловьевым.

2. Потребитель не ущемлен в праве на информацию, для меня это крайне важно, книга всегда доступна в электронном варианте за рубли из России, да и в целом в интернете.

3. Это издание стоит воспринимать как букинистическую редкость и артефакт эпохи. Потому что книга с цензурой никогда не равна исходнику, это что-то отдельное. Для меня это, конечно же, акция, и я благодарен всем смелым людям, которые приняли участие в этой акции.

4. Книга абсолютно закона, и покупая книгу, которая формально абсолютно соответствует требованиям закона, мы в безопасности. С другой стороны, всем ясно, что этот жест значит на самом деле. Смех, как известно, — способ победы над насильником, это способ обретения свободы.

5. И это все еще возможность прикоснуться к моим любимым мальчишкам. Так или иначе.

Я знаю, что есть люди, которые подвергнут меня критике. Я знаю, что они скажут что-то про компромиссы, но я убежден, что вся эта болтовня про компромиссы и «лучше тогда вообще никак» — это отказ людям в праве на жизнь. И вообще, если я проживу хотя бы один день без чьей-то попытки меня пристыдить или повинить, я очень удивлюсь.

Андрей и Матвей вернулись домой.

Я всех крепко обнимаю и хочу напомнить: пока мы живы, никто не запретит нам быть счастливыми. Мы продолжим существовать и делать то, во что верим, в любом случае.

Ваш Серега.