🌟🍪🍪🍪🍪🍪🍪🍪🍪🍪
🍪🍪🍪🍪🍪🍪🌟

🤩🤩🤩 🍪⭐️💙 🤩🤩🤩

[#андерау #фф]

Что ж. Можно в очередной раз погордиться: Киллер все рассчитал.

На все про все ему понадобилось какие-то жалкие четырнадцать секунд. Рассчет был скорый, неважный и довольно его плану косвенный – ведь, господи, когда у Киллера востребовались планировки?

Секунда вспыхнула на мысль, в последующие три он долетал до кухни, еще четыре стучал дверцами выбеленных дешевой краской кухонных шкафов и дальше две прятал пакетик с сахаром. Затем подумал, – и снова две секунды – не будет ли удобно его соседу открывать ему прямо сейчас. Нисколечко Киллер не потратил на последовавший за этим похуизм, ведь даже пусть его может и отогнать сейчас отсутвие хозяина квартиры или его навязанная занятость, кто Килл такой, чтобы потом еще не попытаться снова? Затем он крикнул в глубину квартиры:

— Я пошел пытаться зафлиртовать соседа с двести пятой! — на что потратил оставшиеся три вместе с отпиранием замка.

Если Даст ему что-то и ответил, то Киллер его уже не слышал. Сосед из двести пятой жил через три двери от них, и это все, что стало волновать, стоило ему хлопнуть входной в квартиру дверью.

Вечер совсем не проникал в пустой подъезд. Лампы чистого светодиода бесшумно обеляли широкий коридор, Киллер неспешно прошествовал к квартире с черно-белой тяжелой дверью и характерным «205» на золотой табличке. Живущий в ней явно был не менее душевно золотой, – подумал Киллер, – и все же сказки любят бдеть о важности содружеств инь и ян. Килл знал, насколько много в нем сочится черноты (сколько иронии нес один только недуг с глазами), и ровно также готов был биться об заклад, что в этом золотом студентике найдется маленькая точка жестокости или какого-нибудь там эгоизма. Чего-то тоже немалость, в общем-то, плохого.

И если Киллеру ее когда нибудь покажут – это будет его знаком свыше.

Костяшки кулака глухо ударились об дверь. Какого-то звонка нигде здесь не висело, что можно было бы назвать немного странным, если только не приходилось бы учитывать, что в их с Дастом квартире такого не нашлось бы тоже. Стук не был громким, но повторять Киллер не стал; и через несколько секунд он уже слышал тихие шаги.

Киллер не знал, что оказывается и так соседу улыбался – он понял это только тогда, когда хотел приветливо расположить при его виде.

— Добрый вечер? — в словах открывшего дверь парня звучал вопрос, но в лице сверкнула заинтересованная доброжелательность.

Светлые – желтые – зрачки сияли ярко, хоть и не так, как могут, когда магия их души заметно радостно довольствуется солнцем; Киллер встречал соседа на днях на улице, когда закидывал ногу на байк и слишком откровеннно пялился на мягкую улыбку, что незнакомец изогнул в ответ на его пристальное внимание.

Сейчас же парень явно старался собрать всю свою вежливость – он задержал взгляд на чужой открытой душе всего лишь на секунду, прежде чем возвратить в темные глазницы без зрачков.

— Привет, — не стал формальничать с ним Киллер; он все-таки хотел этого скелета как минимум к себе в кровать, а ролевые игры в подчинение пускай Даст со своим фанатичным парнем практикует, — У тебя сахара не найдется?

Если сосед чему и удивился, то он этого совсем не показал. Кивнул, немного отступил, скользнул взглядом куда-то вниз и снова глянул на Киллера, готового поспорить, что тот явно немного задержал на нем задумчивый осмотр, прежде чем скрыться-таки в сторону такой же кухни – планировки их квартир ничем не отличались.

Киллер оперся плечом на косяк, легко устроившись. Он ведь сказал, что ничего логичного особо не планировал? Темка с просьбой о сахаре была не сильно прикрывающим предлогом, но дальше Килл в своих теоретических реализациях еще не заходил.

Появление соседа с массивной материалом сахарницей вернуло выражению ухмылку.

— Ты?

— Я? — сосед остановился, не дойдя до двери, и в замешательстве приподнял брови. Ему понадобилась веселящая секунда, пока он не понял: — Дрим.