Кино веет, где хочет

Как это бывало, к сожалению, нередко в творческой кинокарьере выдающегося американского режиссёра Орсона Уэллса, его отдельные проекты снимались с перерывами в течение нескольких лет, а какие-то остались даже незавершёнными. Но всё-таки некоторые из «зависших картин» потом удавалось доделать и выпустить уже после смерти Уэллса, к числу которых как раз принадлежит «Другая сторона ветра». Активная работа над ней началась в 1970 году и возобновлялась спорадически до 1976 года. Сам Орсон Уэллс умер через девять лет, а права на данную ленту были в 2014 году приобретены у Ои Кодар, актрисы хорватско-венгерского происхождения, которая состояла в близких отношениях с ним с 1961 года и до кончины постановщика, а потом смогла распоряжаться наследием Уэллса.
Доделывали фильм четыре года под руководством признанного продюсера Фрэнка Маршалла, неоднократно сотрудничавшего со Стивеном Спилбергом, а также подключался к этому процессу (особенно - к окончательному монтажу) режиссёр Питер Богданович. Он подружился с Орсоном Уэллсом ещё в свою бытность известного кинокритика и исследователя биографий ряда классиков американского кинематографа. И неслучайно привлёк его Уэллс для участия в «Другой стороне ветра» в качестве исполнителя роли Брукса Оттерлейка, а фактически - самого себя, являющегося на съёмках и вне их резонёром рядом с могущественным кинопатриархом, к которым относится и Джон Хьюстон, сыгравший капризного и неуживчивого творца, тоже немало настрадавшийся в Голливуде.
Если попробовать согласно распространившейся именно у американских критиков моде коротко и ёмко определять суть той или иной картины с помощью ярких и всем понятных референсов, то есть сопоставлений с иными лентами, нетрудно назвать «Другую сторону ветра» чем-то средним между «Восемь с половиной» Федерико Феллини и «Фотоувеличением» Микеланджело Антониони. С одной стороны, эта лента оказывается в какой-то степени исповедальной для Уэллса (и приступил он к ней почти в знаменательном возрасте 55 лет), своего рода пропуском не только в творческую лабораторию, но и порой интимным признанием в каких-то помыслах и поступках. Он словно не желал бы вообще, как и главный герой, полного окончания изматывающего душу кинопроцесса и готов был хвататься за любые предлоги, чтобы оставить свой трещащий по швам экранный рассказ с массой непересекающихся сюжетных линий в состоянии рабочего материала. Но всё-таки решился на показ всего отснятого настойчивым продюсерам (лишь бы отвязались от него!) и целой группе известных кинематографистов (а среди них - Деннис Хоппер, Пол Мазурски, Хенри Джэглом, Кёртис Хэррингтон, Клод Шаброль, Стефан Одран…).
С другой стороны, это совсем иной по манере Орсон Уэллс, явно учитывающий поиски нового поколения режиссёров мирового кино и даже опережающий в ряде использованных им новаторских кинематографических средств то, что ещё предстояло открыть в последующие пять десятилетий. Но именно после премьеры «Другой стороны ветра» на Венецианском фестивале в 2018 году появилась уникальная возможность гораздо лучше оценить уже с большой дистанции своеобразное пророчество Уэллса о том, чем на самом деле является кино для тех, кто его создаёт и кто его смотрит. Перефразируя философско-теологическое высказывание про «дух, который веет, где хочет», можно смело заявить: кино веет, где хочет.