Важно и то, что гражданские песни Талькова, хоть и были часто топорными, кринжовыми и неуклюжими, все-таки максимально острые и до него таких не было. Плакат и злободневность использовались им осознанно, а не от неумения.

Перестройка, гласность, а затем и 1991-й - это все конечно интересно, но в отличие от рокеров, пребывавших в эйфории от перемен, кооперации, рынка и свержения ГКЧП, Тальков тут же разочаровался и стал декларировать, что все осталось как было и лишь сменились вывески.

Он встал в оппозицию уже новой власти (сразу после путча устроил голодовку за вынос тела Ленина из мавзолея) и где-то даже парадоксально предвосхитил эру летовского «Русского прорыва» (с другого крайнего фланга). В этом смысле «Метаморфоза-2» или «КПСС» даже сегодня любопытны (и, кстати музыкально удачные).

И несмотря на попытки описать сына врага народа, Талькова, как православного черносотенца, я считаю, что он как раз был скорее певец демократии. В том же имперском прошлом его явно привлекал не авторитаризм, а достоинство.