В русской народной традиции пропавшую вещь «выпрашивают» у нечистой силы: «Чёрт, чёрт, пошутил — и отдай!»
Еврейская традиция предлагает иное объяснение: вещь не пропала — её просто не видят. На такой логике построена мистическая формула для нахождения пропажи (סְגֻלָּה לִמְצִיאַת אֲבֵדָה, сгула ли-мциат аведа), которую повторяют во время поисков:
אָמַר רַבִּי בִּנְיָמִין: הַכֹּל בְּחֶזְקַת סוּמִין, עַד שֶׁהַקָּדוֹשׁ בָּרוּךְ הוּא מֵאִיר אֶת עֵינֵיהֶם
амар рабби Биньямин: ха-коль бе-хезкат сумин, ад ше-hа-Кадош барух hу меир эт эйнейhем
Сказал рабби Биньямин: все пребывают словно слепые, пока Святой, благословен Он, не откроет им глаза
Рабби Биньямин, мудрец IV в., комментирует стих о колодце, спасшем Агарь и её сына в пустыне (Берешит 21:19). Измученная жаждой, она не замечала находившегося рядом колодца, пока Бог не «открыл ей глаза».
Именно поэтому в формуле появляется слово סוּמָא (сума́) — по-арамейски «слепой». Его форма множественного числа — סוּמִין (суми́н), «слепые».
Потерянная вещь здесь представляется не исчезнувшей, а лишь временно скрытой от глаз ищущего. И невольно задумываешься: сколько ещё вещей, смыслов и возможностей уже находятся рядом с нами, но остаются невидимыми, пока нам не «откроют глаза»?