Политолог, гендиректор АПЭК Дмитрий Орлов об итогах думской кампании-2026: почему «Единая Россия» - главный бенефициар голосования «новых колеблющихся»

Снижение тревожности в августе-сентябре создало условия для расширения потенциальной электоральной базы «Единой России» за счет колеблющихся избирателей, в том числе в обычно более протестно настроенных социальных группах, включая жителей крупных городов.  На оппозиционном фланге это укрепило позиции «старых» игроков с устойчивой электоральной базой, прежде всего  КПРФ, снизив электоральные возможности партий, ориентировавшихся на умеренно-протестных избирателей без устойчивых симпатий, - главным образом, «Справедливой России».

Рейтинги партий демонстрировали поступательный рост поддержки «Единой России»   (с определенными ситуативными колебаниями) - на фоне сохранения более высокой дробности протестного фланга, чем это было, например, накануне думских выборов-2021. Тем не менее ближе к финалу выборов произошла дополнительная концентрация оппозиционных избирателей вокруг более успешных лидеров кампании в этом секторе.

Так, по данным ВЦИОМ, рейтинги «Единой России» со 2 августа до 13 сентября 2026 года выросли с 32,1% до 37,4%. Поддержка КПРФ постепенно возрастала с 10,4% до 13,1%, что можно связать с традиционным восприятием этой партии как самого крупного игрока протестного фланга. Тем не менее ее возможности по привлечению колеблющегося электората оказались более ограниченными, чем в 2021 году.  

Рейтинги ЛДПР - при определенных колебаниях поддержки - оставались в пределах достаточно узкого коридора, что свидетельствовало об ограниченных возможностях этой партии по выходу за пределы своей электоральной ниши, хотя и без размывания традиционной базы поддержки.

Рейтинги «Новых людей»свидетельствовали скорее о возможности ситуативно расширить поддержку при недостаточных навыках по более долгосрочному удержанию привлеченных колеблющихся. Восходящий тренд для этой партии со 2 по 30 августа на фоне выхода из кампании «Яблока» сменился снижением рейтингов НЛ накануне финала кампании. «Новые люди» не смогли удержать протестно настроенные группы избирателей, а возможно, и часть умеренных колеблющихся, надолго. Динамика данных фонда «Общественное мнение» в августе-сентябре свидетельствовала о неспособности НЛ удержать нового для партии избирателя с максимальной определенностью.  
 
Поддержка «Справедливой России» поступательно снижалась - возможно, даже с частичным размыванием базового электората.
 
Отсутствие выраженного лидера на протестном фланге привело к активным негативным кампаниям оппозиционных партий друг против друга, которые усилились к середине сентября. Взаимная критика зачастую была связана с конкуренцией в рамках одной повестки между игроками разных идеологических секторов. Показательной стала в этом смысле заочная полемика между руководством КПРФ и «Новых людей» о том, кто из них является более последовательным противником блокировок в Интернете.

За период с весны по начало осени 2026 года произошло существенное смещение доминирующей повестки — от «регуляторной» (споры вокруг ограничений в Интернете и ультраконсервативных лозунгов) к социально-экономической. В оппозиционном секторе это дало дополнительные преимущества КПРФ, но в еще большей степени оказалось в интересах «Единой России», которая акцентировала на экономическом развитии и социальных программах приоритетное внимание.

Внешнеполитическое давление и повестка безопасности оказали более ограниченное влияние на ход кампании, чем это прогнозировалось на ее старте. Эти темы были более обсуждаемыми в определенных электоральных нишах (например, в либеральной), но в целом политическая система еще раз продемонстрировала существенную устойчивость к внешнему давлению. Попытки влияния на внутриполитическую ситуацию со стороны покинувших страну радикальных игроков принесли лишь точечный политический эффект – только в отношении наиболее протестного городского электората.

Кампания продемонстрировала по-прежнему высокий потенциал общественной консолидации вокруг президента Владимира Путина, особенно в ситуации дополнительного роста внимания Кремля к внутренней и региональной повестке. Это происходило при достаточно высокой интенсивности беспилотных атак, а также стремлении внешних игроков усилить тревожность россиян, в том числе с помощью проведения информационных кампаний. В этой ситуации Владимир Путин вновь продемонстрировал способность задавать собственную повестку и удерживать стратегическую инициативу - как на внешнем, так и на внутреннем контуре.

На фоне общего усиления внимания политических игроков к социальной повестке «Единая Россия» уделила существенное внимание не только программам в этой сфере, но и экономическим условиям для их обеспечения. Показательным стало, например, резонансное августовское интервью вошедшего в «федеральную пятерку» партии мэра Москвы Сергея Собянина о роли гражданского сектора экономики, а также транспортных проектов как драйвера развития регионов и поддержки промышленности. 

Достаточно значительный экономический блок был и в программном сентябрьском интервью председателя «Единой России» Дмитрия Медведева, который обратил внимание на необходимость защиты прав предпринимателей, поощрения капиталовложений, развития концессий и государственно-частного партнерства, укрепления технологического суверенитета.
 
Экономическая повестка, с которой выступила «Единая Россия», была дифференцированной, апеллирующей к разным группам избирателей — от ее традиционного базового электората (например, промышленных рабочих) до значимых групп «новых колеблющихся» (предпринимателей, представителей IT-сектора, сферы науки и образования).