Я пулю подпишу твоим именем,
чтоб все знали о мысли моей.
О мысли последней.
Ты был перед глазами в миг смерти,
а пуля, пробив мне висок,
будто шептала твои фразы,
которых я давно не слышала,
и всё же помнила наизусть.
До каждой ноты голоса,
впитавшейся в мой пульс.

Всё, что лилось из твоих уст,
осталось в сердце.
Выцарапаны резкими движениями,
они жгут и ноют,
а как начинают затягиваться,
ты режешь по живому,
возвращая всё одним коротким словом. Шрамов не будет. Будут лишь рубцы, кровоточащие неотступно. И прошлое дышит во мне поминутно.