Сошлись мы там с пользователем в неравном споре о «Я вас любил. Любовь еще (возможно...» Выношу из комментариев свою реплику с небольшой косметической правкой. Почти все тезисы — ответы на сомнения собеседника:
🙂
Это великое стихотворение. Оно альтернирует на созвучиях и различиях со стихотворением Пушкина «Я вас любил...», там, где мы ожидаем пушкинского продолжения («быть может»), Бродский уводит нас в сторону («возможно») и развивает свою тему как наложение на классический текст, получается как бы фуга. Это утонченная вариация сонетной формы: вместо банальной схемы abba abba ccd eed — схема abba baba ccd ede, тут сочетаются элементы итальянской, французской и английской сонетных форм.
Рифмы великолепные (сложно-дрожь, но), очень подходят художественной задаче. Чем лирический герой раздражен, понятно: он досадует на себя, на свои чувства и на несложившиеся отношения с женщиной, которым он когда-то придавал большую значимость, а теперь обесценивает. К черту на куски разлетелись отношения, надежды, мечты, с ними и с нею связанные. Во второй части смысла становится еще больше. Другим любить ничто не препятствует, но так сильно любить уже не будут, потому что слишком сильно любил он — как бы метафора лимита, который во многом исчерпан. Парменид выводит частную историю в общемировой идейный контекст, греческий философ высказал идею, что бытие одно и двух быть не может, и тут любовь разрастается до целого бытия и принимает его свойства. «Ширококостный хруст» — это еще и отсылка к шутке над толстыми про «широкую кость», то есть не просто пафос, а сплав с низкой иронией. Жар по всему телу, поэтому там и зубы, и грудь. «Бюст» тоже намек на эротику, чтобы не было слишком высокопарно про любовь. Писал мастер, если не гений: тонко сбалансировал стили, обогатил форму, обозначил диалог с традицией.
👍 Анализ одного произведения.