Расчетливый великоросс любит подчас очертя голову, выбрать самое безнадежное решение, противопоставляя капризам природы каприз собственной отваги. Эта склонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось
Василий Ключевский С одной стороны это про привычку рисковать и испытывать превратности судьбы на прочность, когда человек ставит все на карту с надеждой.
С другой может показаться, что это про азарт или даже лень. Русское авось это не про лень. Скорее это навык жить там, где невозможно все просчитать.
Любой русский способен пережить любой кризис Исторически так сложилось, что мы живем не при самых простых условиях: погодные, природные, сельскохозяйственные, огромные расстояния… Русская модель это не ждать идеальных условий, не рассчитывать и не просчитывать все до конца. Мы не знаем все до конца, но будем делать до результата - это русское авось.
В западной традиции успех - это результат холодного расчета, страховки рисков и пошагового плана.
В русской - это часто прыжок в неизвестность, где включается интуиция, смекалка и умение адаптироваться на лету.
Авось - это не пассивное «повезет или не повезет». Это активное состояние души, готовой к любому повороту. Это отказ признавать поражение до того, как оно случилось. Когда нет ресурсов, нет времени и нет гарантий - остается только шагнуть. И именно в этот момент, когда «ум заходит за разум», просыпается та самая невероятная русская изобретательность и стойкость.
Нас веками учили, что мы живем в зоне рискованной среды, но забыли добавить, что мы - нация рискованного существования. И в этом риске мы научились находить опору. Пока расчетливый человек ждет попутного ветра, русский уже плывет против течения, надеясь на себя и на чудо. Как ни странно, часто доплывает.
Может быть, «авось» - это не отсутствие стратегии, а стратегия выживания в мире, где ничто не гарантировано. Это наша национальная суперсила: способность действовать без страховки, верить без доказательств и побеждать вопреки логике.
Так что да, авось это не слабость, а наш
эксклюзивный инструмент для тех случаев, когда все остальные инструменты сломались.