Анти-пост (из двух частей) или игра в Пятигорского 🙃

Себе на память о том, как можно красиво «одичать» за два месяца без жены.

О МЫШЛЕНИИ И АВТОМАТИЗМЕ

Часто кажется, что мы слишком легко употребляем слово «мышление». Любое внутреннее движение мы называем мыслью: воспоминание, мнение, мгновенную оценку, раздражение, согласие, возражение. Если внутри звучат слова, значит, будто бы происходит мышление.

Но большая часть происходящего в уме больше похожа на реакцию. Что-то случается, и уже через секунду я знаю, что об этом думаю. Знаю, кто виноват, что правильно, что неправильно, к какой группе относится человек, какую позицию нужно занять. Ответ возникает раньше, чем я успеваю увидеть сам вопрос.

Мышление начинается не с оригинального мнения. Собственное мнение может быть таким же механическим, как чужое. Оно может быть унаследовано, усвоено из среды, собрано из прочитанных книг и случайно совпасть с тем, что мне приятно считать своим.

Быть может настоящий вопрос не в том, принадлежит ли мне эта мысль, а в том, могу ли я увидеть, как она возникла. Из каких слов она собрана? Какое чувство ей предшествовало? Что в ней принято без проверки? Почему один человек вызывает доверие, а другой раздражение еще до того, как я услышал их аргументы?

Думать о предмете сравнительно легко. Гораздо труднее заметить само мышление о нем. Для этого приходится на мгновение перестать быть человеком, который уже знает ответ. Возникает странное раздвоение: мысль продолжается, но одновременно становится наблюдаемой. Я уже не целиком нахожусь внутри нее.

Наверное, именно здесь появляется небольшая возможность свободы. Не в выборе между несколькими готовыми мнениями, а в промежутке между воздействием и реакцией. Пока я реагирую немедленно, всё происходящее кажется очевидным. Я уверен, что вижу саму реальность, хотя, возможно, вижу только собственную привычку воспринимать ее определенным образом.

Приостановить реакцию не значит стать равнодушным. Это не отказ от чувств и не бесконечное откладывание действия. Иногда действовать нужно сразу. Но даже тогда остается разница между действием, полностью захваченным страхом или гневом, и действием, в котором страх и гнев хотя бы замечены.

Знание здесь помогает не всегда. Можно очень много знать и почти не наблюдать собственное мышление. Знание можно получить извне, запомнить, накопить, пересказать. Можно овладеть сложной системой понятий и пользоваться ею автоматически. Более того, развитая система понятий иногда позволяет особенно успешно избегать мышления: для каждого нового явления уже имеется название, объяснение и место в готовой картине мира.

Мышление нельзя заменить его результатами. Чужая мысль может подтолкнуть меня, но не может подумать вместо меня. Даже совершенно верное положение, повторяемое без внутренней работы, превращается в очередную формулу.

Например, буддийская философия интересна мне именно в этой точке. Не как набор окончательных ответов и не как способ присвоить себе духовную идентичность. Она предлагает посмотреть не только на содержание мысли, но и на того, кто считает себя ее владельцем.

Обычно мне кажется, что существует устойчивое «я», которое воспринимает мир, производит мысли и принимает решения. Но при внимательном наблюдении обнаруживаются ощущения, воспоминания, привычки, намерения, телесные реакции и слова. Всё это связано и действует совместно, однако отдельного хозяина, стоящего за происходящим, найти трудно.

Это не означает, что меня не существует. Я живу, отвечаю за свои действия, помню прошлое, строю планы. Но я существую не как независимое ядро, которое остается неизменным при любых обстоятельствах. Я возникаю в отношениях с телом, языком, другими людьми, памятью, средой и текущим состоянием ума.

👇👇👇