Продолжаем анализ важных моментов нового закона США о санкциях в отношении России и Ирана.

Мы отметили важность кодификации указа 14024, а точнее - введенного им чрезвычайного положения. Это значит, что в силе будут и все подзаконные акты, принятые президентом и его администрацией в развитие данного ЧП (а это десятки, если не сотни НПА).

Но сейчас о другом. Конкретно о ст. 117. Она усложняет механизм вывода российских лиц из-под санкций. Он сходен с тем, что было сделано в CAATSA в 2017 г. А именно в ст. 216.

Новый закон обязывает президента направлять в Конгресс отчет в случае решения о выводе из-под санкций тех или иных лиц. Если Конгресс его не блокирует совместной резолюцией обеих палат (это непросто сделать), то решение о выводе из-под санкций вступает в силу.

Однако. Задаются критерии к такому отчету. В случае иностранных лиц достаточно предъявить свидетельства того, что они больше не делают того, за что попали под санкции. Это стандартный подход.

А вот с россиянами сложнее. Вывод России или россиян из-под санкций возможен при условии мирного соглашения по Украине и прекращения любых военных действий. То есть пока не будет мира на Украине, снимать санкции против России и российских лиц нельзя. Ст. 117 не указывает, идет ли речь только о санкциях, наложенных в соответствии с законом или вообще о всех санкциях. Но расширительная трактовка вполне возможна.

Это важный процедурный момент. В руках у Администрации остается механизм генеральных лицензий, который формально не снимает (terminate) санкции, но приостанавливает их. Но вот сама возможность выхода усложнятся существенно.

https://www.congress.gov/119/bills/hr5334/BILLS-119hr5334enr.pdf