Кремль публично дистанцируется от «внеконституционной госидеологии», но ее усиление неизбежно.
По итогам конференции РАСО участники говорят о конкуренции концепций — от умеренной «социальной архитектуры» до жесткого национал-консервативного курса

Внутриполитический блок администрации президента формально выступает против введения общегосударственной идеологии. Однако, по словам источников, опрошенных «Незыгарем» по итогам научно-практической конференции «Тренды политических технологий» Российской ассоциации по связям с общественностью (РАСО), дальнейшая идеологизация российского государства и общества фактически предопределена.

На конференции заместитель начальника управления АП по мониторингу и анализу социальных процессов Алексей Семенов заявил, что институт «социальных архитекторов» лишь «весьма опосредованно» связан с идеологией.

По словам одного из собеседников «Незыгаря», внутриполитический блок Кремля выступает против резкого усиления русского национализма и роли Русской православной церкви в публичной политике. В логике технократического подхода и «методологической умеренности» кураторы внутренней политики также дистанцируются от эсхатологических концепций — таких, которые продвигает, например, Александр Дугин.

В то же время часть лояльных администрации политтехнологов, присутствовавших на конференции, критиковала подобную осторожность. Другой источник утверждает, что «социальная архитектура» фактически встраивается в формирующийся идеологический каркас государства — вне зависимости от публичной риторики кураторов. Политтехнолог Евгений Минченко говорил о «протоидеологии» — как о способе смягчить противоречие между отрицанием официальной идеологии и фактическим конструированием ценностной рамки.

По словам одного из участников мероприятия, «социальная архитектура» в ее нынешнем виде не отрицает традиционные ценности и, по сути, становится инструментом их институционализации. «Никто не предлагает выстраивать социальную архитектуру для того, что противоречит традиционным ценностям», — отметил собеседник.

Эксперты описывают конкуренцию между различными группами влияния. Так называемая «партия силовиков» настаивает на более жесткой идеологизации — с акцентом на русский национализм, усиление роли православия и антизападную риторику. Внутриполитический блок, напротив, ориентирован на более умеренный сценарий. Однако, по словам собеседников, обе группы действуют в рамках общего тренда на идеологизацию.

Один из опрошенных — профессор московского вуза, занимающийся историей политических идей, — связывает этот процесс с логикой классического марксизма. По мере ослабления экономического базиса возрастает значение идеологической надстройки. «Мы бедные, но духовные», — формулирует он суть происходящего. По его словам, подобные нарративы давно присутствуют в пропаганде и все активнее закрепляются в официальной риторике.

Еще одним фактором источники называют усиливающуюся международную изоляцию России, которая требует демонстрации собственной «цивилизационной особости». В этом контексте «социальная архитектура» становится частью более широкого процесса конструирования государственной идеологии.

По словам участников конференции, кураторы внутренней политики, в том числе Александр Харичев, фактически участвуют в разработке ценностной рамки государства, хотя и стремятся избегать прямого употребления слова «идеология». Их проекты конкурируют с более радикальными инициативами, поддерживаемыми силовиками. Конференция РАСО, по оценке одного из собеседников, показала, что попытки сохранить видимость дистанции от идеологического поворота удаются лишь частично.