Российская система высшего образования входит в фазу структурного сжатия. Государственная политика ориентирована на сокращение доли граждан с высшим профессиональным образованием и перераспределение образовательных траекторий в пользу среднего профессионального звена.

Глава Минобрнауки Валерий Фальков заявил об усилении государственного регулирования платного набора в университеты. В учебном году 2026/2027 планируется сократить порядка 13% коммерческих мест в вузах, преимущественно в частных и негосударственных образовательных организациях.

С 1 сентября 2025 года вступает в силу закон о государственном регулировании платного приема в российские университеты, наделяющий правительство полномочиями устанавливать предельное число коммерческих мест. В следующем учебном году предполагается сокращение приема по ряду направлений, включая психологию, экономику, менеджмент, архитектуру, государственное и муниципальное управление и другие.

На фоне этих изменений растет интерес к среднему профессиональному образованию. В настоящее время около 63–65% выпускников основной школы выбирают колледжи и техникумы вместо продолжения обучения в старших классах с последующим поступлением в вузы. Это максимальный показатель за всю постсоветскую историю России, сопоставимый с уровнем приема в систему среднего профобразования в СССР в начале 1970-х годов.

Государственная политика в этой сфере ориентирована прежде всего на восполнение дефицита рабочих кадров. В обществе в целом сформировалось представление о переизбытке специалистов гуманитарного и управленческого профиля — юристов, экономистов, политологов и смежных профессий, — что снижает уровень общественного сопротивления проводимым реформам.

При этом рост стоимости коммерческого высшего образования формирует дополнительный социальный барьер: семьи с невысокими доходами все чаще оказываются не в состоянии оплачивать обучение в вузах. Это усиливает неравенство доступа к высшему образованию и делает его менее массовым.

Тенденция отказа выпускников школ от получения высшего образования наблюдается уже на протяжении семи–восьми лет. Ключевым фактором остается материальный: длительное обучение при ограниченных возможностях заработка все меньше соответствует ожиданиям молодежи, ориентированной на быстрый выход на рынок труда. В этих условиях рабочие и прикладные специальности становятся более привлекательными.

В перспективе российская система высшего образования может приблизиться к модели, реализованной в Белоруссии, где на уровне школы действуют жесткие фильтры для поступления в вузы, в том числе по показателям успеваемости. В России подобные меры пока не внедрены, однако практика целенаправленного ориентирования школьников, особенно в регионах, на поступление в колледжи и техникумы, вероятно, будет расширяться.

Одновременно ожидается дальнейшее сокращение гуманитарной составляющей в системе высшего профессионального образования. В долгосрочной перспективе это может привести к снижению общей доли населения с высшим образованием и трансформации социальной структуры, в которой высшее образование перестает быть универсальной нормой и все чаще становится ресурсом ограниченного доступа.