Выговское старообрядческое общежительство. История основания и принцип организации

В последней четверти XVII в. с ужесточением преследований старообрядцев Поморье стало прибежищем для недовольных реформой патриарха Никона: удаленность от центра, труднодоступность и малозаселенность края оставляли староверам надежду укрыться от гонений. Монахи, которым удалось спастись после осады и разгрома Соловецкого монастыря царскими войсками в 1668-1676 гг., стали первыми проповедниками древлего благочестия в Поморье.

Ушедшие в Поморье старообрядцы скрывались в глухих лесах и переходили от места к месту. Однако постепенно уже с конца 1670-х гг. их внимание привлекла расположенная на восточном берегу Онежского озера по течению реки Выг местность, непроходимые дебри и болота которой служили надежной защитой. Это был неосвоенный район между черносошенными, обельными и монастырскими землями. Крошечный скит, в котором в 1690-х гг. жило несколько бежавших от преследований монахов, быстро вырос в большое, полумонастырского типа общежитие, окруженное селами и скитами старообрядцев, известное всему старообрядческому миру. Когда Андрей и Данила Викулин начали организацию Выга, это было самое тяжелое время для старообрядческого движения. Всего за десять с небольшим лет до этого в Пустозерске на костре погибли главные лидеры старообрядчества во главе со св. протопопом Аввакумом и была разгромлена последняя попытка поддержанных стрельцами старообрядцев восстановить старую веру в Москве. Тысячи преданных сторонников древлего благочестия гибли на кострах самосжигателей, потеряв веру в возможность христианского существования на земле и на восстановление
подлинного православия. К этому периоду относятся первые сведения о массовых самосожжениях (Палеостровские гари). Первые поселенцы все время находились под угрозой преследования, и самосожжение происходило лишь тогда, когда царская воинская команда, окружив постройки, грозила добыть непокорных живыми, что означало либо отказ от истинной веры, либо предание суду и казнь.

Избежавшие самосожжения ученики выговских проповедников Игнатия и Германа Соловецких стали одними из первых жителей пустыни. К ним присоединились дьяк Данила Викулин и Андрей Денисов, потомок обедневшего рода князей Мышецких. В этот момент оформилось разделение на радикальных эсхатологических пессимистов и, если можно так сказать, умеренных оптимистов. Первые, в числе которых лесной старец Капитон, после реформ Никона уверовали в приход Антихриста и увлекали своих последователей в многотысячные “гари”. Вторые, и среди них основатели Выга, пытались найти возможность сохранить веру в земной жизни, несмотря на гонения.

Викулин и Андрей Денисов не боялись трудностей. Они знали, чего хотели, и не покладая рук работали на строительстве общины. Помимо упорства и твердой веры, Андрей располагал еще и осторожностью, колоссальными организаторскими способностями и ясным логическим и систематическим умом. Его стремление играть ведущую роль в несомненно, но это не мешало ему уметь привлекать к работе своих добровольных приверженцев и управлять созданным им оплотом старообрядчества на самых демократических началах. Не приказание, а объяснение, доказательства и убеждения были его методом власти. Небольшое поселение иноков и бельцов, искавших в Олонецких лесах уединения, молитвенного спокойствия, духовного общения со своими одноверцами и избавления от преследований правительственных агентов, быстро разрасталось и вскоре превратилось в главное средоточие всех духовных сил старообрядчества в России. Со всех сторон в благочестивую, отлично организованную и знаменитую своими учителями и проповедниками обитель стекались монахи и миряне-приверженцы старой веры, люди, искавшие духовного водительства и поддержки.