Недавно в самолете я стала свидетельницей одной печальной истории.

Все началось с задержки рейса. Запертые, прикованные ремнями к креслам, мы проторчали на взлетной полосе почти час. Так что, как только табло «пристегните ремни» погасло, единственный туалет в эконом-классе стал центром всеобщего притяжения. Я тоже поспешила занять свое место в очереди. За мной встал старик, который постоянно что-то бормотал себе под нос и, кажется, жутко нервничал. Я предположила, что ему очень надо в туалет и даже не удивилась, когда он с решительным видом направился прямиком в бизнес-класс.

«А вот это правильно!» — подумала я. Пока мы тут, как овцы, покорно ждем в своей плебейской очереди, он, благодаря своему характеру, справит нужду в комфорте. В бизнесе все равно почти никого не было.

Спустя минут пять занавеска, разделяющая миры экономных и не очень распахнулась вновь. Это снова был он, но теперь в сопровождении двух стюардов. Бедный дедушка, смущенный и растерянный, что-то кричал на языке, который, казалось, никто не понимал. Вел он себя очень странно: то садился, то вставал, то забирался на кресло с ногами, ругаясь так, что слышал весь самолет.

Оказалось, ему было за девяносто, он был глухой, и, что еще хуже, у него была деменция. Полет полностью дезориентировал его. Он искал вовсе не туалет в бизнес-классе. Он искал выход, потому что ему срочно нужно было… купить батарейки. Эта крошечная, нелепая деталь делала ситуацию жутко комичной и запредельно грустной одновременно.

Бортпроводники, к счастью, отнеслись к мужчине с пониманием, были с ним терпеливы, но на всякий случай усадили у аварийных выходов мужчин покрепче. Но вместо потенциальной разгерметизации салона, мы стали свидетелями маленького чуда. Одного из тех моментов, которые разом возвращают веру в человечество. Женщина, сидевшая в нескольких рядах от происходящего, расслышала его бормотание. Оказалось, это был сербский. Она осторожно подошла к нему, и заговорила с ним на его родном языке. В этот момент хмурые морщины на его лбу разгладились, а лихорадочная энергия пошла на спад.

Эта женщина просидела с ним весь шестичасовой полет, ни на секунду не отходя. Разговаривала, держала за руку, успокаивала его тихими словами. А я просто сидела и смотрела на них, изо всех сил стараясь не заплакать.

Когда мы приземлились, я подошла поблагодарить ее. Оказалось, она британка, и никакой очевидной связи с Сербией у нее не было, но каким-то образом она знала язык. Она так и не смогла выяснить, как он попал на борт, почему летел один и встретит ли его кто-то по-мимо сотрудников аэропорта…

Берегите себя и своих дедушек.

russian.around