Сегодня очень многие рассуждают над тем, что могло бы послужить отправной точкой для хоть какого-то взаимопонимания, хоть какого-то сближения России и Европы.

В период, кстати сказать, когда существовал СССР, мы искали опорные точки в левом политическом секторе Европы. Весь Советский Союз с придыханием наблюдал за выборами то в ФРГ, то в Италии, то во Франции, то ещё где-то, как там боролись эти левые партии с правыми, правоконсервативными.

И вы знаете, действительно, даже порой, например, в Италии коммунисты входили в состав правительства. Во Франции всегда было сильное левое движение. А в Германии — социал-демократическая партия, в Великобритании — лейбористы.

Но это никоим образом нам не помогало. Да, они были левыми, какое-то потепление, возможно, в периоды, когда они набирали много голосов, происходило, но кардинально ничего не менялось. В итоге Советского Союза не стало, он развалился.

И сейчас очень интересно и исторически перекликается то, что мы начинаем искать опорные точки среди ультраправых сил Европы. В период СССР это были коммунисты, социалисты, сейчас это европейские национал-традиционалисты, традиционалисты, националисты — как угодно их назови.

Я уже делал по этому поводу небольшую заметку. И да, они начинают набирать популярность: кое-где входят в местные парламенты, муниципальные советы, где-то даже в парламенты своих стран.

Но, друзья мои, даже в тактическом отношении это нам никак не поможет. Почему? Потому что по объективным причинам европейские ультраправые всё равно русофобы.

Даже если сейчас кое-где и кое-кто из них делает приятные для нас заявления, на мой субъективный взгляд, это ровно до той поры, пока они не придут к власти. Как только они придут к власти, они займутся реваншем по итогам Второй мировой войны.

Практически у всех ультраправых Европы одна из стратегических идей — это реванш по итогам Второй мировой войны. Они занимаются реабилитацией Антонеску, Муссолини и других деятелей.

С Гитлером там, конечно, у них не так ярко, не так выпукло, потому что уж слишком одиозная фигура. Ну и там, я думаю, они двигаются step by step.

Поэтому, к сожалению, к сожалению, мы можем рассчитывать лишь на какие-то оперативные успехи, когда, допустим, победа где-то в одной из земель АдГ дестабилизирует на некоторое время политическую систему Германии. Но не более того.

Точно так же такие же шаги и такие же события могут быть и в других странах Евросоюза. Так сложилось исторически, так сложилось на ментальном уровне.

О причинах этого мы с вами поговорим в следующей записи.

А с вами был я, профессор Соин.