Мне стало интересно, есть ли в традиционной китайской философии и религии что-то подобное протестантской этике, которая по Максу Веберу обеспечила западному обществу капиталистический рост. Напомню, у Вебера протестантизм, прежде всего кальвинизм и пуритане, превратил мирскую профессию в религиозное призвание: добросовестный труд стал долгом перед Богом, успех в нём был знаком избранности, а траты на роскошь и праздность считались грехом, и из этого религиозного долга, работать как можно больше и потреблять как можно меньше, сложился сам дух капитализма — систематическое накопление средств ради вложения, а не ради удовольствия, который потом пережил и саму веру, его породившую.

Притом сам Вебер считал, что конфуцианство работает наоборот. У него есть отдельная книга «Конфуцианство и даосизм» 1915 года, и написана она именно как ответ на вопрос, почему в Китае капитализм не возник. Конфуцианская этика у Вебера учит приспосабливаться к миру, а не переделывать его, в ней нет религиозного напряжения, которое гнало протестанта работать, зато есть чиновник, власть, клан, который кормит бездельников за счёт удачливого родственника, и нет рационального права и вольных городов. Купец в такой системе богател, но богатство конвертировал в землю, должность и диплом для сына, а не в новое производство.

Но потом, когда Азия совершила рывок, теорию пришлось пересматривать. Сначала Япония, потом Тайвань, Корея, Гонконг и Сингапур. В 1979 году Герман Кан выдвинул «постконфуцианскую гипотезу»: тот же набор ценностей, который Вебер записал в тормоза, при наличии сильного государства оказывается стимулом. Даже само слово «конфуцианский» стали применять в смысле бережливости, упорства, ориентации на долгий срок.

А китайские историки нашли все-таки в китайской истории аналог протестанта. Китайский буддизм в отличие от индийского, который уводил человека из реальности, наоборот принуждал человека к физическому труду и делал труд монашеской практикой. Потом неоконфуцианцы эпох Сун и Мин применили это ко всем другим сословиям: самосовершенствоваться можно в любом деле, все заняты разным, но идут одним Дао, и торговец морально не ниже учёного. На этой идеологии выросли конфуцианские купеческие дома с кассами, векселями и филиалами по всей Азии. Тоже как протестанты, но без Бога и предопределения, а с культом предков.

И действительно, все мы знаем, что у китайцев особое отношение к труду, которое видно не в древних текстах, а в быту. Китайский рабочий за смену выдаёт больше, чем любой другой. Лавочник на рынке сидит с семи утра до одиннадцати вечера, потому что так положено. Ребёнок его в это время делает уроки за прилавком. Неработающий взрослый мужчина воспринимается как несчастье в семье. Деньги не тратятся, а откладываются, сначала на образование детей, потом на квартиру, потом на бизнес родственника. Передавать деньги через вьетнамский банкинг (тоже конфуцианцы) считается максимально надёжным. Отпуск считается странной европейской прихотью. Это тоже такая мирская аскеза в веберовском смысле, только цель её не спасение души, а долг перед родом, который смотрит на тебя из прошлого и как бы из будущего одновременно.

P.S. Наверное, тут влияние не только конфуцианства. В китайской мысли есть и древняя школа легистов (законников): «Книга правителя области Шан» авторства Шан Яна, реформатора царства Цинь IV века до н. э., и трактат «Гуань-цзы» с главами о государственном управлении и ценах. Там государство создаёт богатство для своей силы, а частника терпит, пока он полезен. Легисты в древних царствах устанавливали крайне жёсткие законы и наказания. И КНР кажется продолжает их идеи реально больше, чем учение коммунистов. Но это мы ещё обсудим.