4.Планомерная деконструкция института суда присяжных

Священник по внушении заседателям святости присяги читает пред ними следующее клятвенное обещание:
"Обещаюсь и клянусь всемогущим богом, пред святым его евангелием и животворящим крестом господним в том, что по делу, по которому я избран присяжным заседателем, приложу всю силу разумения моего к тщательному рассмотрению как обстоятельств, уличающих подсудимого, так и обстоятельств, его оправдывающих, и подам решительный голос согласно с тем, что увижу и услышу на суде по сущей правде и убеждению моей совести, не оправдывая виновного и не осуждая невинного, памятуя, что я во всем этом должен дать ответ пред законом и пред богом на страшном суде его. В удостоверение сего целую слова и крест спасителя моего. Аминь".
Каждый присягающий, прикладываясь к кресту и евангелию, произносит вслух "клянусь".

Это статья из Устава уголовного производства 1864 года. Именно с принятия этого документа и началась история института присяжных заседателей в нашей истории.

Для подтверждения тезиса о планомерном уничтожении института суда присяжных предлагаю проследить как со временем менялась роль присяжных заседателей в отправлении правосудия.

В Российской Империи в подсудности присяжных имелось 410 статей Уложения о наказаниях уголовных и исправительных или примерно 20% от всех действующих на тот момент норм. На это указывает А.М. Бобрищев-Пушкин в своем труде "Эмпирические законы деятельности русского суда присяжных" (1896)

В советский период в разные этапы он был либо полностью упразднён либо заменён институтом народных заседателей, которых в народе прозвали "кивалами" за отсутствие своего мнения и фактические кивки на все действия председательствующего.

В современной истории институт присяжных заседателей был возрождён в 1993 году.

До 2009 года с участием присяжных заседателей могли быть рассомтрены уголовные дела по 47 составам, после первой реформы сократилось до 23 составов, в 2018 году это количество сократилось до 21.

Так, судья в отставке Пашин С.А. в своём аналитическом обзоре "Участие представителей народа России в осуществлении правосудия" указывает на такой парадоксальный пример отмены оправдательного приговора

"Стремление обузить возможности присяжных заседателей проявилось в судебной практике целой серией парадоксальных прецедентных решений. В их числе – запрет в присутствии присяжных заседателей «порочить» доказательства обвинения, выражать сомнение в объективности предварительного следствия и даже говорить о пытках. Например, в определении по делу Князева Кассационная палата Верховного Суда РФ, отменяя основанный на вердикте коллегии присяжных заседателей оправдательный приговор Московского областного суда, указала: "В случае заявления подсудимым о противоправных действиях следователя, которые повлияли на содержание полученных доказательств, возникший процессуальный вопрос должен разрешаться исключительно профессиональным судьей без участия коллегии присяжных заседателей"

Другими словами, если подсудимому покажется, что следователь где то ошибся, то давайте ка этот вопрос передадим профессиональному судье, а не присяжным заседателям. Выглядит как ещё один шаг навстречу полного игнорирования суда присяжных как института правосудия.

К ранее поднятому вопросу о недоверии населения к судебной системе. Доверие это всегда вопрос двусторонний. И если государство ясно даёт понять, что не готово делегировать полномочия по отправлению правосудия своим гражданам, то и у граждан есть моральное право формировать недоверие к судебной власти.