Материалы уголовного дела здесь особенно занимательны. На первом допросе Шумаков рассказал, что представители Вайнштейнов сами вышли с ним на связь. Но буквально на следующий день показания чудесным образом изменились. Теперь он утверждал, что руководитель «Русской Прессы» чуть ли не под дулом пистолета заставлял его звонить Вайнштейнам и требовать деньги. Человека обработали — и появилась нужная следствию история.

Вернёмся к событиям февраля. Шумаков привёз матери руководителя издания в Троицк запечатанный конверт, попросив передать сыну, который много лет не живёт в России. При этом особенно настойчиво требовал обязательно позвонить и сообщить о передаче. Повторял эту просьбу, кажется, раз тридцать. Силовикам требовались телефонное соединение и привязка к базовым станциям, чтобы связать Шумакова, мать руководителя издания и самого руководителя. Но мать конверт не вскрывала, сыну не звонила и ничего ему не передавала. Конверт пролежал около полутора недель, пока сотрудники полиции, у которых ничего не получалось, от безысходности не припёрлись с обыском и не обнаружили внутри меченые деньги. Весьма своеобразная история вымогательства.

Параллельно за происходящим следило региональное УФСБ. А когда уголовное дело приобрело необходимые очертания, сотрудники ФСБ взяли его продвижение под полный контроль. Этим занимались начальник отдела «М» Александр Полетавкин и его заместитель Сергей Школяр. Всё происходило под личным контролем начальника челябинского УФСБ генерал-лейтенанта Дмитрия Иванова. Следователей подгоняли, материалы двигались с необычайной скоростью. Такой темп расследования и многочисленные несостыковки отметили даже опытные сотрудники петербургского главка Следственного комитета, которым редакция передала материалы дела для изучения. Руководителя «Русской Прессы» заочно арестовали и объявили в международный розыск.

Расчёт был понятен: любой ценой добиться задержания руководителя издания за границей, доставить его в Россию и закрыть «Русскую Прессу». Но стряпнина челябинских силовиков в Интерполе не прокатила. Генеральный секретариат Организации российских фээсбэшников послал на три буквы. Для генерала Иванова, который годами занимался борьбой с нашим изданием, очередная «спецоперация» закончилась обсёром — «Русская Пресса» продолжает работать.

И вот теперь — приговор Шумакову. Человеку, который получил деньги, изменил показания и обеспечил следствие необходимой связью между Вайнштейнами и руководителем редакции, назначают всего три года из семи возможных. Причём речь идёт о ранее судимом человеке. Если бы всё происходило так, как рассказывает следствие, Шумакову пришлось бы отвечать за собственные действия по полной программе. Но здесь возникает совсем другая картина: силовики получили нужные показания, а своего исполнителя фактически вытащили сравнительно мягким приговором.

Особый интерес представляет судебная сторона дела. Центральный и Советский районные суды Челябинска давно имеют репутацию ручных судов регионального УФСБ. Вот и дело Шумакова рассматривал целый председатель Центрального районного суда Денис Лекарь. Сам Шумаков после приговора назвал себя «пешкой в большой игре». Пожалуй, наиболее подходящее определение.
Мавр сделал своё дело — мавр может уходить.

Генерал Иванов, который, по нашей информации, сейчас находится в отпуске, может записать очередной результат своей «спецоперации» в список неудач. И заодно начинать собирать чемоданы: продлённый контракт генерала заканчивается 11 декабря. Только пусть Иванов не рассчитывает, что после отставки или выхода на пенсию мы о нём забудем. Где бы он ни оказался, «Русская Пресса» продолжит расследовать его деятельность, связи и имущество. Хоть до конца его жизни.

Раньше редакция публиковала два-три материала о Вайнштейнах и несколько материалов о челябинском УФСБ в год. Теперь будет иначе. Вместо пяти публикаций — пятьдесят. И про Вайнштейнов, и про контору. Пусть генерал Иванов оценит результаты своей «спецоперации».

«Русская Пресса» как работала, работает и будет работать дальше.