РусИранЭкспо

Иногда российские компании говорят, что с иранцами сложно договориться и что они долго принимают решения. Они действительно присматриваются к партнёру. Быстро заработать денег на разовом проекте им неинтересно.
Возможно, это связано с их многотысячелетней историей и цивилизацией. Они не торопятся, тогда как мы привыкли постоянно спешить. В частной беседе иранец может спросить: «Вы чего куда-то бежите и суетитесь? Зачем?»
При этом у них много рабочих дней, праздников и траурных периодов. Несмотря на два выходных в нашей стране, мы всё равно постоянно куда-то торопимся. В этом мы отличаемся.
Когда начинаешь понимать эти особенности, иначе смотришь на жизнь и отношения с людьми.
Помогает ли этот опыт в работе с другими странами и народами?
— На основе опыта работы с Ираном я выстраиваю отношения и с другими партнёрами: арабами, курдами, пуштунами, афганцами, таджиками. Я стараюсь понять, чего хотят люди и что у них в голове.
Нет смысла зарабатывать все деньги и рвать жилы ради лишнего доллара. Работа должна быть интересной и приносить людям пользу. Компания строит именно такой бизнес — вернее, дело.
Мы часто говорим об этом с коллегами и другими логистами. Основные наши клиенты — российские логистические компании. Они обращаются к нам, чтобы организовать перевозку, а иногда просто спрашивают совета: как поступить в той или иной ситуации.
Мы готовы делиться опытом. Это не секрет, а результат того, что мы пережили и как научились смотреть на разные ситуации. Многим это помогает. Поэтому конкуренция у нас устроена иначе.
В нашем штате работала женщина из Ирана. Она помогала выстраивать отношения и объясняла особенности местной культуры. Одно дело — разговаривать с партнёрами через переводчика, и совсем другое — понимать Иран с его традициями, мировоззрением и правилами.
Она очень сильно нам помогла. Однажды она сказала: «Я хочу остаться в России, построить здесь своё дело и заниматься им самостоятельно». Я ответил: «Ты не боишься, что станешь моим конкурентом?» Она ответила, что не боится. https://caspian.land/37398-my-ne-toropimsja-denis-kalnov-o-logistike-cherez-iran-i-torgovle-postroennoj-na-doverii.html

Действительно ли арабская сторона не принимает грузы, которые пришли из Ирана?
— Такие слухи ходят, но ситуация не совсем такая. Арабская сторона действительно не принимает грузы, произведённые в Иране. Однако российские грузы это ограничение не затрагивает: их происхождение российское, поэтому проблем с растаможкой нет.
Что касается иранских грузов, то иранцы знают, как оформлять документы. Они отправляют продукцию как узбекскую, казахстанскую или произведённую в других странах. Этот вопрос тоже решён.
Как сейчас работает коридор через Ирак?
— Мы не останавливались даже в условиях военных действий. Те грузы, которые находились на территории Ирана, мы всё равно довезли через Башмак в Дагестан. Конечно, мы боялись, но другого выхода не было. Маршрут продолжил работать и работает до сих пор. С арабской частью Ирака всё сложно: иранский транспорт на свою территорию там не пропускают. Поэтому мы организуем перегруз на переходе.
Позавчера этот переход по непонятным для нас причинам закрыли. Мы пока точно не знаем, кто был инициатором — иракская или иранская сторона. Скоро выясним.
Используете ли вы альтернативные маршруты для отдельных категорий грузов?
— Да. Например, грузы, которые не пропускают в Узбекистан, в частности табачную продукцию, мы отправляем через Каспийское море. Далее везём их со стороны Ирака.
Как за последний год изменились торговые отношения с Ираном?
— Сначала возникла пауза, в том числе из-за войны. Сейчас даже те скептики, которые раньше с недоверием смотрели на Иран, изменили своё отношение.
Когда началась война Израиля с американцами, многие считали, что Иран развалится. Я бы с этим не согласился. Этот период показал, что Иран — очень сильная страна, а её жители — люди, которые держат своё слово.
Сейчас произошёл разворот: на Иран смотрят с удивлением и спрашивают: «Неужели там такое возможно?» Опыт показывает, что возможно. Иран стал очень интересен для бизнеса.
Я могу оценить ситуацию так: вырос спрос на торговлю с Ираном. Компании хотят находить там продукцию, которую по тем или иным причинам не могут покупать в Китае. Из Китая её дольше доставлять из-за большого расстояния. Кроме того, возникают проблемы с транзитом через Казахстан: там усложняют прохождение грузов, повышают сборы и регулярно проводят досмотры. Поэтому многие российские импортёры начали обращать внимание на Иран.
Вы сказали, что иранцы держат слово. Почему это важно для торговых отношений?
— Я основываюсь на собственном опыте: мы больше десяти лет общаемся с иранскими транспортными компаниями. Если мы о чём-то договорились, то выполняем договорённости. Для нас формальный договор нужен прежде всего банку. Мы не прописываем в нём множество условий и штрафов и даже не всегда подробно его читаем. Главное — что человек сказал. Если он дал слово, значит, договорённость действует.
Практика показывает, что иранцы ставят во главу угла отношения, а не деньги. Конечно, все приходят в бизнес зарабатывать. Но были проекты, от которых иранцы отказывались, потому что им не нравилось, как российская сторона ведёт переговоры. Они говорили: «Ребята слишком много говорят о деньгах, а не о том, как сделать и как работать».
Если выстраиваются доверительные отношения, всё происходит иначе. Важно интересоваться не только проектом и размером заработка, но и человеком: его семьёй, детьми, окружением. Это даёт представление о том, какое место он занимает среди братьев, потому что решения в иранском семейном бизнесе часто принимают старшие братья. На это нужно обращать внимание.
При этом следует учитывать местные традиции. Например, нельзя просто передавать привет жёнам собеседников — это харам. Во всём остальном сначала формируются человеческие отношения, а уже затем выстраивается долгосрочное сотрудничество.
https://caspian.land/37398-my-ne-toropimsja-denis-kalnov-o-logisti

«Мы не торопимся»: Денис Кальнов о логистике через Иран и торговле, построенной на доверии

Генеральный директор GTL рассказал о маршрутах через Ближний Восток, работе в условиях военных конфликтов и том, почему человеческие отношения важнее быстрых денег. Генеральный директор компании GTL Денис Кальнов на полях бизнес-конференции «Бизнес-проекты в Иране: нефтегаз, химия, IT, машиностроение, энергетика. Экспорт-импорт зерновых, продовольствия, металлопроката, угля, химии и др. Перспективы и возможности МТК Север-Юг» рассказал сетевому изданию Caspian.Land о работе своей компании и особенностях сотрудничества с Ираном.
Расскажите о работе компании. На каких направлениях вы специализируетесь?
— Наша экспедиторская компания работает с Ближним Востоком. В основном это Иран, Ирак, Афганистан, Пакистан, страны Аравийского полуострова и Объединённые Арабские Эмираты, включая Саудовскую Аравию и небольшие государства региона.
Мы выстраиваем маршруты и считаем себя одними из пионеров наземной логистики. Одним из первых проектов был маршрут, который мы запустили ещё в 2020 году: контейнер приходил из Басры, после чего мы подгружали автотранспорт и доставляли запчасти для автомобилей в Россию.
Затем мы одними из первых начали организовывать паромную переправу. Грузы загружались в России и приходили в порт Джебель-Али, откуда отправлялись либо в Шарджу, либо в Аль-Хамрию, либо в порт Рашид. Это была перевозка без перегруза, а срок доставки составлял 10–14 дней. Однажды мы установили рекорд — доставили груз из Москвы за семь дней. Этим же маршрутом мы пользовались для отправки мясной продукции на Ближний Восток.
Как изменилась работа компании после начала боевых действий?
— Несмотря на то что проходили боевые действия, мы продолжили работать и выстроили маршрут из Арабских Эмиратов. Сначала всё шло полностью по земле — через Саудовскую Аравию и Иорданию. Мы нашли партнёров в Сирии, в частности в Баб-эль-Хаве, а затем через Турцию, где перегружали товары. После этого турецкий транспорт отправлялся в Россию.
Первые машины пошли через порт Трабзон. Позже там образовались очереди, а турецкие перевозчики значительно подняли цены на переправу. Поэтому мы начали заходить в Грузию, затем направлялись из Грузии в Азербайджан и далее в Россию.
Параллельно мы проработали маршрут из Джебель-Али в Новороссийск. По нему вывозили грузы, которые застряли в период острой фазы войны.
Многие коллеги начали работать с портами Омана, а также с саудовскими портами, в частности с Джиддой. Там образовались большие очереди. Экспедиторы обещали сроки в 30–45 дней, но, к сожалению, никто в них не укладывался. Как правило, перевозка занимала 60 дней и больше.
У нас же маршрут выстроился через Ирак. Первый контейнер прошёл, если не ошибаюсь, 28 мая, а через два дня, 30 мая, уже был на борту в Умм-Касре. Далее он следовал к границе с Ираном, к переходу Шаламче. Там мы перегружали груз на иранский транспорт, после чего по известному нам коридору через Азербайджан он выходил в Россию.
Не все были готовы работать по этому маршруту, опасаясь войны. Но мы выстраивали эти маршруты, нарабатывали опыт и находили проблемные точки, которые нужно было решать быстро, буквально на коленке. В принципе, серьёзных задержек не было. Все вопросы удавалось решать.
Удалось ли восстановить паромное сообщение?
— Да, позднее восстановилась паромная переправа из Бандар-Аббаса в сторону Арабских Эмиратов, и мы начали по ней работать. Единственное — у нас постоянно меняется порт прибытия. Это может быть порт Рашид, Аль-Хамрия или Шарджа. Всё зависит от принимающей стороны.
Из Арабских Эмиратов нам могут сообщить: «Сегодня можно приходить в такой-то порт». Мы узнаём об этом в последний момент, когда контейнер уже готовится к отправке.
Контейнерная переправа восстановилась. Сейчас маршрут через международный коридор «Север — Юг» у нас остаётся запасным вариантом. При этом контейнеры активно идут в обе стороны: из Бендер-Аббаса в Джебель-Али и обратно — из Джебель-Али в Бендер-Аббас.
https://caspian.land/37398-my-ne-toropimsja-denis-kalnov-o-logistike-cherez-iran-i-torgovle-postroe

Ксения Гавриленко заявила, что привыкла к новым вызовам в торговле с Ираном

Руководитель направления внешнеэкономической деятельности НПАО НПФ «Бурсинтез-М» рассказала о закупках иранского сырья, нестабильной логистике и необходимости понимать культуру партнеров. Руководитель направления внешнеэкономической деятельности НПАО НПФ «Бурсинтез-М» Ксения Гавриленко рассказала сетевому изданию Caspian.Land об опыте предприятия в работе с Ираном, о будущем международного транспортного коридора «Север-Юг» и взаимодействии культур. Эксперт выступила на полях конференции «Бизнес-проекты в Иране: нефтегаз, химия, IT, машиностроение, энергетика. Экспорт-импорт зерновых, продовольствия, металлопроката, угля, химии и др. Перспективы и возможности МТК Север-Юг», которая прошла в Москве 17 сентября.
Как сегодня складывается работа с Ираном? Какие риски и особенности есть у этого направления?
— С Ираном мы начали взаимодействовать три года назад. Тогда всё было нормально: мы успешно перевозили из Ирана сырьё, которое закупаем для нашего производства.
Последние два года мы, честно говоря, ничего не возили. Сейчас вновь возникла такая потребность. Ситуация в регионе остаётся стабильно плохой — как говорят врачи. Поэтому, думаю, можно снова попробовать использовать коридор «Север — Юг».
Насколько сложно адаптироваться к нынешней ситуации? Удалось ли вашей компании это сделать?
— Последние десять лет во внешнеэкономической деятельности складывается довольно непонятная ситуация. Каждый год приносит новые вызовы: сначала были санкции со стороны Европы, затем все стали ориентироваться на Китай, после этого мы пытались налаживать работу с Ближним Востоком.
В этом году я даже планировала вплотную заняться иранским направлением, но ситуация снова внесла свои коррективы. Впрочем, мы уже привыкли работать в таких условиях и адаптироваться к новым вызовам во внешнеэкономической деятельности.
Какую роль транспортный коридор «Север — Юг» играет для России и её экономики?
— Я считаю, что чем больше у нас транспортных коридоров с партнёрскими странами, тем лучше. В случае с таким партнёром, как Иран, этот маршрут будет иметь ключевое значение.
Насколько сегодня развиты инфраструктура и экосистема коридора?
— Очевидно, что пока они не развиты на 100 процентов. Мы постоянно говорим о том, что нужно улучшать и какие направления необходимо развивать. Но надеемся, что через несколько лет всё будет отработано благодаря совместной работе.
Мы собираемся здесь, прорабатываем различные вопросы, обсуждаем логистику, закупки, оплату и другие аспекты сотрудничества. Именно такая работа постепенно позволяет совершенствовать коридор и его инфраструктуру.
Понимают ли российские компании культуру стран, с которыми нас связывает маршрут «Север — Юг»? Нужно ли её изучать или достаточно просто вести торговлю?
— Если мы хотим сотрудничать с этими странами, а они, как я думаю, тоже хотят сотрудничать с нами, то в любом случае должны найти подход друг к другу. Наши культуры сильно различаются. При этом многие жители стран, расположенных вдоль маршрута, учились в России. Я лично знаю таких людей и ещё в студенческие годы изучала их культуру. Поэтому многое зависит от открытости человека миру. И это не связано напрямую с тем, в какой стране он живёт. https://caspian.land/37403-ksenija-gavrilenko-zajavila-chto-privykla-k-novym-vyzovam-v-torgovle-s-iranom.html

Айрат Аглямов заявил, что объем торговли с Ираном может увеличиться в несколько раз

Руководитель группы компаний ООО «Промсервис» рассказал о различиях в деловой культуре, проблемах на границах и товарах, которые могут увеличить российско-иранский обмен. Руководитель группы компаний ООО «Промсервис» Айрат Аглямов на полях бизнес-конференции «Бизнес-проекты в Иране: нефтегаз, химия, IT, машиностроение, энергетика. Экспорт-импорт зерновых, продовольствия, металлопроката, угля, химии и др. Перспективы и возможности МТК Север-Юг» рассказал сетевому изданию Caspian.Land. Он рассказал, чем занимается его компаниях, о культурных различиях россиян и иранцев и роли международного транспортного коридора «Север-Юг».
Айрат Ильдусович, расскажите, чем занимается ваша компания и каковы её основные направления развития?
— Деятельность ООО «Промсервис» не относится к тематике этого форума. В связи с Ираном у меня есть другие компании. Одна из них находится в Иране и называется «Таджерат». Кроме того, у меня есть компания «Мир», которая занимается экспортом и импортом с Ираном.
На что должны обратить внимание компании, которые хотят выйти на иранский рынок и начать сотрудничество с этой страной?
— Очень важно правильно выбрать партнёра в Иране. При этом нужно быть осмотрительным, потому что иранские предприниматели обладают особым менталитетом. Это самое главное. Проще говоря, нужно сделать всё, чтобы вас не обманули.
Что вы имеете в виду, говоря об особенностях иранского менталитета?
— Их менталитет отличается от нашего. Даже в бизнесе они ведут себя примерно так, как на базаре. Для российского человека такой подход может быть непривычным.
Есть и ещё один момент: иранские партнёры не всегда любят чётко выполнять взятые на себя обязательства. Для них исполнение договоренностей иногда превращается в тот же торг, который происходит на базаре.
Как, на ваш взгляд, за последний год изменились торговые отношения России и Ирана?
— Если говорить именно о бизнесе, то, по-моему, особо никак.
Какую роль в торговых отношениях двух стран играет международный транспортный коридор «Север — Юг»?
— Думаю, это очень важный коридор. Чтобы доставить товар в Иран или вывезти его оттуда, необходимо пересекать несколько границ. Например, сложности возникают при пересечении границы Казахстана, а также на границе с Азербайджаном. Если коридор «Север — Юг» будет работать чётко, оборот экспортных операций, на мой взгляд, может вырасти в несколько раз.
С Ираном действительно сложно работать. Есть проблемы с платежами, таможней и языком. Если появятся понятные правила, которые будут ближе к российскому менталитету и привычным для нас принципам ведения бизнеса, объём торговли может увеличиться в несколько раз.
Можно ли уже говорить, что «Север — Юг» становится реальным экономическим маршрутом, а не пробным проектом?
— Непосредственно с этим коридором я пока не сталкивался. Но, судя по информации в средствах массовой информации и тому, что происходит на слуху, объёмы перевозок растут.
Сейчас важную роль играет и ситуация в Персидском заливе, где идёт война. Ранее Иран получал многие товары по другим логистическим маршрутам. Теперь часть поставок будет идти по коридору «Север — Юг». Таким образом, из-за войны в Персидском заливе значение этого маршрута значительно возрастает.
Какие направления российско-иранской торговли сегодня выглядят наиболее перспективными?
— Я бы ответил так. Традиционно из России в Иран можно поставлять лес и продукцию деревообработки, а также сельскохозяйственную продукцию — зерновые и подсолнечное масло. Из Ирана в Россию в основном тоже идёт сельхозпродукция. Если говорить о других товарах, у Ирана развита металлургия и обработка меди. В частности, это изделия из меди и медных сплавов. Это те направления, о которых я могу говорить, исходя из собственного опыта https://caspian.land/37400-ajrat-agljamov-zajavil-chto-obem-torgovli-s-iranom-mozhet-uvelichitsja-v-neskolko-raz.html

«Север — Юг» ищет глубину: Павел Ревус о потенциале Астрахани и будущем масляных перевозок

Менеджер проектов ООО «Шамси Терминал» — о перевалке растительных масел, модернизации терминалов и рынках, которые может открыть международный коридор. Менеджер проектов компании «Шамси Терминал» Павел Ревус в рамках бизнес-конференции «Бизнес-проекты в Иране: нефтегаз, химия, IT, машиностроение, энергетика. Экспорт-импорт зерновых, продовольствия, металлопроката, угля, химии и др. Перспективы и возможности МТК Север-Юг» в Москве рассказал сетевому изданию Caspian.Land о потенциале Астрахани как порта и будущих поставках масла.
Чем занимается компания и каковы её основные направления работы? Связана ли компания с с международным транспортным коридором «Север — Юг»?
— Мы занимаемся перевалкой растительных масел на терминале «Шамси» в Астрахани. Оказываем услуги по перевалке растительных масел. И да, мы пытаемся внести свой вклад в развитие этого направления.
Какую роль МТК «Север — Юг» играет для России в 2026 году?
— С учётом изменений в логистике на Чёрном море сегодня у нас осталось два направления, где можно наливом грузить суда. Первое — Санкт-Петербург и вся портовая инфраструктура вокруг него, второе — Астрахань.
По объёмам мы, конечно, не можем сравниться с перевалкой на Чёрном море. Однако перспективы роста по сравнению с предыдущими сезонами есть. Сейчас это достаточно активно проявляется со стороны клиентов и производителей растительных масел.
Как вы оцениваете инфраструктуру коридора и его экосистему? Насколько она развита и что необходимо доработать?
— Инфраструктура — это, скажем так, наследие Советского Союза. Есть терминалы, которые уже построили в современной России, а многие объекты в последние годы подверглись модернизации.
Но главным узким местом этого направления, наверное, остаётся отсутствие глубоководных портов, подобных тем, что есть на Чёрном море или в Санкт-Петербурге.
При этом наша специфика заключается в том, что мы работаем с судами класса «река — море». Думаю, что существующие возможности инфраструктуры на сегодняшний день отчасти позволяют обеспечить потребности Ирана в растительных маслах и других наливных грузах.
Если говорить о долгосрочной перспективе, потребуется более серьёзная модернизация самих терминалов. Кроме того, нужны новые суда, поскольку флот тоже устаревает. Большое количество судов к 2030 году и в последующие годы уже не будет отвечать необходимым требованиям для безопасного осуществления перевозок.
Насколько МТК «Север — Юг» сегодня привлекателен для инвестиций?
— Думаю, что он стал более привлекателен, чем в предыдущие сезоны, поскольку спрос увеличивается, а направление развивается.
Если в перспективе коридор обеспечит выход на новые рынки — в Пакистан, Афганистан, Ирак, а также создаст возможности для дальнейшего развития торговли с Африкой, — его значение будет только расти.
Для этого необходимо достроить инфраструктуру на территории Ирана. Тогда продукты, поставляемые из России, можно будет перевозить через Иран до южных портов, а оттуда отправлять дальше — в сторону Индии и Африки. https://caspian.land/37399-sever-jug-ischet-glubinu-pavel-revus-o-potenciale-astrahani-i-buduschem-masljanyh-perevozok.html

Разноцветные соляные образования острова Хормуз, Иран
@businessfars

🇮🇷🇷🇺 Иран впервые — с таким масштабом на Seafood Expo в Санкт-Петербурге!

Не просто выставка.
Не просто павильон.

Впервые на этой площадке — большая иранская делегация, чтобы познакомиться с российским рынком и открыть новые возможности для бизнеса.

📍 От Хабаровска до Калининграда российские предприниматели приехали в Санкт-Петербург, чтобы лично познакомиться с иранскими компаниями, продукцией и обсудить реальные проекты.

🐟 Рыба
🦐 Креветки
🥫 Переработка
🤝 Импорт, экспорт и совместные проекты

Иран и Россия — это не только политика.
Это торговля, бизнес, инвестиции и новые возможности.

А главное — такие встречи создают связи, которые могут превратиться в реальные контракты.

🔥 Смотрите до конца и напишите в комментариях: хотели бы вы увидеть больше иранских компаний на российских выставках?

📲 Отправьте это видео предпринимателю, которому интересен бизнес с Ираном.

#Иран #Россия #ИранРоссия #SeafoodExpo #СанктПетербург #Бизнес #Торговля #ИмпортЭкспорт #Рыба #Морепродукты #Iran #Russia #Business #Seafood

🇮🇷🇷🇺 Иранский павильон открылся на международной рыбохозяйственной выставке в Санкт-Петербурге: новые перспективы торговли с Россией и странами БРИКС+

Санкт-Петербург, 16 сентября.

В первый день Международной рыбохозяйственной выставки в Санкт-Петербурге состоялось официальное открытие павильона Исламской Республики Иран с участием высокопоставленных представителей Ирана и России.

В рамках деловой программы прошли выступления и переговоры, посвящённые расширению торговли рыбной продукцией и морепродуктами, развитию новых цепочек поставок и сотрудничеству между странами БРИКС+.

🔹 Открытие павильона Ирана

В церемонии приняли участие руководители и представители иранской стороны, в том числе глава Организации рыболовства Ирана Рустампур, глава Ветеринарной организации Ирана Салехи, губернатор провинции Бушер Заре, а также представители профильных организаций и бизнеса.

🔹 Иран — Россия: потенциал увеличения поставок

Секретарь Союза производителей и торговцев водными биоресурсами Ирана доктор Али Акбар Ходаи выступил на специализированной сессии:

«Новые цепочки поставок и формирующиеся маршруты для расширения торговли морепродуктами в странах БРИКС+».

Тема его выступления — потенциал рыбохозяйственной экономики Ирана и возможности развития торговли рыбной продукцией между Ираном, Россией и другими странами БРИКС.

По словам Ходаи, Иран располагает значительным потенциалом для расширения сотрудничества с российским рынком.

«У нас есть очень серьёзный потенциал для сотрудничества с Россией. Мы можем в короткие сроки увеличить экспорт примерно с 20 тысяч до 100 тысяч тонн. Россия является одним из крупных импортёров, и мы видим большие возможности для прямого сотрудничества».

📊 Основные цифры

• В 2024 году Иран экспортировал в Россию около 19 000 тонн рыбной продукции и водных биоресурсов.
• Общий экспорт рыбной продукции Ирана составил около 208 000 тонн.
• Иран экспортирует рыбную продукцию и морепродукты в 67 стран мира.
• Россия входит в число трёх крупнейших покупателей иранской рыбной продукции после Ирака и Китая.
• Ежегодный вылов рыбы в Иране превышает 800 000 тонн.
• Объём аквакультуры составляет более 700 000 тонн.

🇷🇺🇮🇷 Снятие регуляторных барьеров

Одной из важных тем переговоров стали существующие регуляторные ограничения, в частности вопросы, связанные с экспортом кормов для аквакультуры.

По словам доктора Ходаи, накануне выставки состоялась встреча с российской Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору (Россельхознадзором).

Стороны достигли предварительных договорённостей.

Ожидается, что 5 октября российская делегация Россельхознадзора посетит Иран. В рамках визита планируется провести необходимые процедуры для допуска ещё 10–12 иранских компаний к экспорту на российский рынок.

🐟 Какая продукция поставляется в Россию?

Как отметил эксперт по Ирану и Ближнему Востоку Ибрагим Мелло, в настоящее время более 20 иранских компаний зарегистрированы в качестве поставщиков продукции на российский рынок.

Основными позициями иранского экспорта в Россию являются креветка и форель.

🤝 Переговоры об образовании и стандартах

В первый день выставки иранская делегация также провела ряд официальных встреч с российскими представителями, в том числе с руководителями университетов и представителями организации Росбиотех.

В ходе переговоров обсуждались перспективы сотрудничества в сфере подготовки специалистов, научно-образовательных программ и гармонизации стандартов.

У Ирана и России уже имеется опыт взаимодействия в этой сфере. Иранские специалисты ранее проходили обучение и знакомились с российскими требованиями в области безопасности пищевой продукции.

Также иранские научные и образовательные учреждения сотрудничали с российскими специалистами в сфере аквакультуры, включая технологии выращивания рыбы в садках.

#Иран #Россия #ИранРоссия #БРИКС #БРИКСPlus #рыба #морепродукты #аквакультура #рыболовство

🚛 Через Римдан за сутки прошли 903 грузовика

На ирано-пакистанской границе увеличился пропуск коммерческого транспорта: за 24 часа через погранпереход Римдан прошли 903 грузовика.

Как сообщил генеральный директор таможни Чабахара Реза Горбани, рост пропуска стал результатом мер по облегчению движения экспортных, импортных и транзитных грузов.

Представители таможенных органов Ирана и Пакистана также провели совместные встречи для ускорения прохождения машин через границу.

Показатель особенно важен на фоне продолжительных очередей, которые ранее фиксировались в Римдане из-за ограниченной пропускной способности и роста грузопотока.

Кому интересно: перевозчикам, водителям, экспедиторам и участникам торговли Иран — Пакистан.

#транспорт #транзит #Римдан #ИранПакистан

Vasti Press

В парке Велаят на юге Тегерана состоялся 10-километровый женский марафон.

В Тегеране прошёл военный парад добровольцев, которые сами записались в боевые формирования и заявили о готовности встать на защиту страны в случае новой войны.

Как отмечается, иранский народ вновь демонстрирует способность объединяться и мобилизоваться перед лицом угроз. Подчёркивается, что ответ тем, кто рассчитывает сломить Иран силой, на этот раз будет жёстче, а народ, готовый защищать свою землю, веру и суверенитет, невозможно поставить на колени давлением, угрозами или войной.

🇮🇷🐪 Просто верблюды свободно бродят на острове Ормуз, Иран.