Западная война.
Армия против флота

После того как британский, французский и турецкий флоты соединились и в начале 1854 года вместе вошли в Чёрное море, их военно-морская группировка в регионе стала в несколько раз превосходить Черноморский флот по численности и совокупной огневой мощи.

Это делало его дальнейшие наступательные операции очень сложными и опасными, вынуждая к принятию стратегически оборонительного положения.
А англо-франко-турецкому флоту открывало возможность наносить удары по всему Причерноморью и содействовать операциям турецких войск, в том числе таким, на которые турки сами по себе не решились бы. Можно было ожидать и появления в регионе франко-британских сухопутных сил.

В таких обстоятельствах Россия уже не имела свободы действий ни на море, ни на его побережье. Поэтому перед ней объективно вставали задачи как возвращения контроля над Чёрным морем и обеспечения безопасности своих причерноморских владений от нападений с моря, так и скорейшей победы над стремительно складывающимся против нас союзом.

Вероятность решения этой задачи силами флота оценивалась русским военно-политическим руководством как низкая, а потому необходимым становилось наземное вторжение в Турцию.

Этому благоприятствовали как подавляющее превосходство русских войск над остальными, так и географические условия региона.

Русская армия могла совершить переход через Дунай и Балканские горы, преодолеть турецкие оборонительные позиции и занять столицу Турецкой империи - Стамбул, и Черноморские проливы, которые являлись единственным морским путём, связывающим эскадры союзников с их базами снабжения.

За много лет до Западной войны, в переписке с фельдмаршалом Иваном Паскевичем царь рассуждал о возможном будущем противостоянии с Британией и Францией:

"Но что могут они нам сделать?

Много - сжечь Кронштадт, но не даром. Виндау? Разве забыли, с чем пришёл и с чем ушёл Наполеон? Разорением торговли? Но за то и они потеряют. Чем же открыто могут нам вредить?

В Чёрном море и того смешнее. Положим, что турки, от страху, глупости или измены их впустят, они явятся пред Одессу, сожгут её; пред Севастополь, положим, что истребят его; но куда они денутся, ежели в 29 дней марша наши войска займут Босфор и Дарданеллы!"

Данная операция, в случае, если бы она удалась, меняла стратегический сценарий войны, открывая перед Россией сразу множество возможностей и серьёзно изменяя обстановку в нашу пользу, пропорционально ухудшая положение противника и обстоятельства, в которых он должен действовать.

Автор