Коллеги подсветили состояние дел в российской беспилотной отрасли и обозначили ряд болезненных точек, которые действительно фиксируются и на уровне государственных отраслевых обсуждений, и в экспертной среде.
Рост числа производителей — факт. Количество компаний, вовлечённых в производство БПЛА, действительно растёт. По данным Корпорации малого и среднего бизнеса (МСП), за три года число малых и средних предприятий в этом сегменте выросло почти вдвое: с 356 в 2022 году до 619 в 2025-м, а общее число организаций, включая крупный бизнес, достигло 858–889. Более 70% из них — малый и средний бизнес.
Разрыв между «производителем» и «разработчиком технологий» — реальная проблема. В тексте справедливо отмечается, что многие компании занимаются сборкой и интеграцией готовых компонентов, а не фундаментальными НИОКР. Эксперты прямо говорят о подмене реального импортозамещения «переклейкой» китайской техники. Глава Минпромторга на заседании Совета Федерации признавал, что некоторые компании переоценивают свои технологические и инженерные возможности, и контракты с ними приходится расторгать.
Ожидание «готового решения» — распространённая модель. В тексте описана логика малого бизнеса: подождать, пока технологию сделает кто-то другой (вуз, НИИ, государство), а потом интегрировать. Это подтверждается и на уровне экспертных оценок, когда одним из главных барьеров называется отсутствие окупаемости отечественных решений при текущих объёмах спроса.
НИОКР действительно «длинные» и дорогие. Финансирование прорывных исследований — системная проблема. В рамках нацпроекта по БАС изначально предполагалось направить 7 млрд рублей на НИОКР в течение трёх лет, однако впоследствии эти расходы были исключены из нацпроекта. В бюджете на 2025–2027 годы предусмотрено сокращение финансирования нацпроекта, что угрожает реализации ключевых проектов, включая научно-производственные центры.
Проблема не в том, что разработок нет, а в том, что они сконцентрированы у ограниченного числа участников, способных позволить себе долгосрочные инвестиции. Массовый же сегмент МСП действительно занят интеграцией — и это противоречие в тексте схвачено верно, но категоричность «НИОКР почти никто не делает» — избыточна. МСП невыгодно вкладываться в НИОКР. Для малого бизнеса, чьи деньги «заняты зарплатами, комплектующими, производством», финансировать команду разработчиков на 3–5 лет без гарантии результата — экономически нецелесообразно. Гораздо проще и быстрее собрать аппарат из готовых деталей и продать его здесь и сейчас. Это не злой умысел, а рациональное поведение в условиях, когда гражданский рынок практически отсутствует, а госзаказ нестабилен.
И ещё. Одним из основных барьеров развития гражданского рынка является закрытое небо. В условиях СВО полёты дронов в большинстве регионов либо полностью запрещены, либо жёстко ограничены. Для бизнеса, которому нужны дроны для аэрофотосъёмки, мониторинга или логистики, это означает, что легально использовать технику практически невозможно. Отрасль буквально "сжалась" до госструктур и их подрядчиков. Добавьте к этому структурный перекос экономики, когда производителей и разработчиков почти вдвое больше, чем компаний-эксплуатантов (тех, кто использует дроны для услуг). При этом реальный платёжеспособный спрос со стороны гражданских заказчиков не успевает за ростом предложения. Многие производители выводят на рынок новые модели, не имея конкретных заказчиков, что создаёт высокую конкуренцию за ограниченное число заказов. И мы получаем ситуацию, когда из-за малых объёмов заказов себестоимость отечественных дронов остаётся высокой.
Но с другой стороны, несколько лет назад рынка не было вовсе. Рынок БПЛА в России практически был создан с нуля после 2022 года. Выручка предприятий выросла в 2,5 раза — с 22,9 млрд руб. в 2022 году до 84,2 млрд руб. в 2024-м. Были запущены масштабные госпрограммы и нацпроекты. Появились сотни новых производителей. Вопрос поддержки и эффективности это отдельная очень глубокая тема.
Сегодняшняя ситуация это не случайность, а итог сложившейся модели развития в условиях СВО, когда огромный рывок в производстве строился на крайне хрупком фундаменте единственного заказчика. Отрасль научилась производить дроны для нужд государства, но пока не имеет возможности и продавать их на открытом рынке в виду его отсутствия. В России открытый гражданский рынок БПЛА де-факто не существует. Рынок — это не только производители и покупатели. Это ещё и понятные правила игры, инфраструктура, доступ к воздушному пространству, страховые механизмы, юридическая определённость. Без всего этого даже самый талантливый участник не сможет ничего реализовать и получить дальнейшее развитие.
1️⃣
Основной канал ЦБР🗣
Чат для общения🗂
База знаний 
