Вот бегемот, которого Я создал, как и тебя; он ест траву, как вол; вот, его сила в чреслах его и крепость его в мускулах чрева его; поворачивает хвостом своим, как кедром; жилы же на бедрах его переплетены; ноги у него, как медные трубы; кости у него, как железные прутья; это — верх путей Божиих; только Сотворивший его может приблизить к нему меч Свой;.. вот, он пьёт из реки и не торопится; остаётся спокоен, хотя бы Иордан устремился ко рту его. Возьмёт ли кто его в глазах его и проколет ли ему нос багром? (Книга Иова 40:10-19)
Слышали ли вы когда-нибудь о знаменитых сибирских бегемотах? Не слышали, недостаточно они знамениты… Вообще эволюция и палеоэкология бегемота изучена не очень. Лучшие умы Википедии признают, что «в последние десятилетия этому вопросу уделялось недостаточно внимания». Нам известно, что ареал расселения бегемотов в плейстоцене был гораздо обширнее нынешнего. Скажем, в Англии бегемоты водились, причем здоровенные – гуглим Hippopotamus antiquus, в два раза толще нынешнего бегемота животинка была. Мы уже можем уверенно утверждать, что такие бегемоты в плейстоцене были совершенно обычны в Испании и Италии (где последние бегемоты вымерли около 40 тыс. лет назад – хм, не слопали ли их там кроманьонцы?). Были они широко распространены во Франции, встречались и в верховьях Рейна. В Европу и далее на восток бегемоты проникали только в межледниковья, при сильном потеплении климата. Полуводный образ жизни мешал им обзавестись шерстью и путешествовать по суше на большие расстояния (поэтому бегемотовые так ни разу не попробовали рвануть в Америку) и распространялись они только по речным долинам. Несколько иной была обстановка в Южной и Юго-Восточной Азии. Оледенений там не случалось, ухудшения климата были, но не настолько значительные и бегемоты успешно добрались до Таиланда. Но потом почему-то вымерли.
В Сибири и на Дальнем Востоке палеонтологических свидетельств существования бегемотов (костей или хотя бы зубов) нет, но это не значит, что их там не было – палеонтологическая летопись неполна. Однако ж, внезапно, именно здесь, на просторах Северо-Восточной Евразии мы наблюдаем наскальные рисунки, как правило выполненные в сходной технике глубокой прошлифовки, изображающие странных зверей – массивных и безрогих – не мамонтов, не оленей или лосей, не лошадей, верблюдов или носорогов. Такие звери встречаются, например, на берегах Амура, где их традиционно считают лошадками (хм… гиппопотамос по-гречески суть «лошадь речной») и относят к древнейшему пласту петроглифов региона. Но про амурских криптогиппопотамов как-нибудь в другой раз – Таиланд там относительно близко, воды много, рисунки четкие…. а вот Ангара другое дело. Ну где Ангара, а где бегемоты? Но именно здесь, на ныне затопленном водами водохранилища острове Ушканик в 1937 году был найден петроглиф, изображающий некоторое животного, которое сначала интерпретировалось как «лось-самка», а затем как «шерстистый носорог». В то время, как если сделать хорошую трехмерную модель, а затем применить к ней всякую математику, то сразу становится ясно…. ну, вы поняли.
Зачем, почему? Человек верхнего палеолита абы что не изображал. Тушканчиков всяких, к примеру или хомячков. Только важное и в верных пропорциях, лося с оленем не перепутать. Сибирский гиппопотам был не только вкусным, но и, пожалуй, самым опасным зверем на Ангаре. Носороги, бизоны и прочие медведи обходили его стороной. Кроме того, не забываем, почему к бегемоту лучше не приближаться сзади даже в зоопарке…. Был ли наш бегемот шерстист? Этого мы не знаем. Но Сибирь все-таки, мог и обрасти, подобно носорогам и мамонтам.
Подробнее – читайте статью о загадочном звере в одном из следующих выпусков одного приличного научного журнала. Ссылочка будет.