Между «штатным режимом» и банкротством: реальное состояние «Жатайтеплосети»

И.о. первого зампреда правительства Якутии Николай Бочков после встречи с главой Жатая Евгенией Исаевой сообщил, что МУП «Жатайтеплосеть» сейчас работает штатно, а власти продолжат поддержку предприятия и отметил, что «последние годы выдались для предприятия непростыми».

Если перевести «непростые» на язык цифр, картина получается значительно суровее.

В отношении стратегической компании, от которой зависит теплоснабжение всего Жатая уже с лета 2025 года продолжается дело о банкротстве. 25 августа суд снова отложил рассмотрение — теперь до 20 октября, суд запросил сведения: что решили власти на февральском совещании по долгам МУПа и сколько денег с него уже успели взыскать приставы.

Между тем, по данным ИАС Seldon, у приставов сейчас 19 действующих исполнительных производств о взыскании с «Жатайтеплосети» долгов на 136,75 млн рублей. Кроме того, в арбитраже предприятие сейчас выступает ответчиком в 11 активных делах на 146 млн рублей.

И долги продолжают расти. В июле ДЭК уже добилась взыскания примерно 8,47 млн рублей за электроэнергию, а 9 сентября поступил новый иск ДЭК ещё на 19,85 млн, из них 16,29 млн — основной долг. «Якутскэнерго» отдельно требует около 7,93 млн рублей.

«ТОРБОЗНОЕ РАДИО» ещё летом сообщало: при выручке 306,6 млн рублей предприятие закончило 2025 год с убытком 58,1 млн. Жители и организации задолжали ему 142,8 млн, зато собственная кредиторская задолженность МУПа достигала 257,3 млн. Общий износ хозяйства — 68,8%, тепловых сетей — почти 75%, канализационных — 81,8%, насосных станций — 89%.

При этом отопительный сезон в Жатае стартовал 10 сентября.

Так что «штатный режим» сегодня означает на деле процедуру банкротства, а котельные работают вопреки убыткам, изношенным сетям, исполнительным производствам и новым искам. Для стратегического предприятия, от которого зависит коммунальная жизнь Жатая, это уже не просто «непростые годы» и «штатный режим», а затянувшаяся реанимация.

При таких цифрах властям пора называть вещи своими именами: банкротство — банкротством, долги — долгами, а не прятать их за удобными формулировками про «штатный режим» и «непростые годы».