#Внешнеполитическая_сфера_Турция
#Турция
Сегодня американо-турецкие отношения — во многом благодаря особому подходу к Анкаре администрации Трампа (включая посла США в Турции Тома Баррака) — переживают очередную попытку перезагрузки. И тема С-400 рассматривается американцами и турками как один из главных блоков на этом пути. Второе. О продолжающихся усилиях турок (и американцев) говорят слова посла США в Турции Тома Баррака, которые приводит турецкое агентство Анадолу: 21 сентября Баррак, в ряду прочих заявлений по этой теме, отметил, что спор между Вашингтоном и Анкарой по поводу закупки Турцией российской системы ПВО С-400 «будет урегулирован».
Эксперты констатируют: «Анкара оказалась в ловушке, которую сама и создала. Появившиеся ранее слухи о продаже С-400 ОАЭ или Катару, как следует из слов Сергея Лаврова, пока не подтверждены. В Турции на полном серьезе обсуждается даже вариант уничтожения всех четырех дивизионов С-400, если покупатель не найдется. И этот шаг хоть и выглядит экономически абсурдным, но как нельзя лучше подчеркивает отчаянное желание Анкары вернуться в программу F-35».
Даже, если Анкара быстро избавиться от С-400, можно сделать соответствующие выводы о том, кого она на самом деле видит своим стратегическим партнёром. Реальный курс турецкого лидера всегда был на сотрудничество с Западом, а также на экспансию на постсоветском пространстве в целях усиления Турции. Этот курс остаётся неизменным, а в построении «Великого Турана» турки достигли ощутимых успехов. Другое дело, что Эрдоган пытался использовать сложившуюся ситуацию и разглагольствовал про «многополярный мир», «недовольство Западом» и «разворот на Восток», благо российская пропаганда, сочиняющая такие сказки, всегда с удовольствием слушает их от других.
Впрочем, есть и положительная сторона: мы прекратим поставлять Турции наше вооружение, которым она как натовская страна в любой момент может поделиться с любым из своих союзников. В случае отказа Анкары от С-400, США опять сделали работу за нас. Только вот гордиться здесь нечем: что ещё надо нашей элите, чтобы окончательно осознать, что Турция исторически является нашим конкурентом на Кавказе и в Средней Азии и её глубинные интересы в корне противоречат интересам России. Все исторические доминанты являются константами, и Эрдоган раз за разом нам это доказывает.
Сделка по С-400 вообще не имела никакой геополитической составляющей, а была вызвана стремлением банально срубить денег на выгодном контракте. В пользу этого говорит то, что сегодня Россия готова продавать энергоносители даже нашим геополитическим противникам, той же Европе, которая открыто готовится к войне с Россией. Можно, конечно, и тут строить предположения, что существует некий «хитрый план» – усилить газовую зависимость ЕС от России, чтобы Европа была не в состоянии воевать с нами. Но Украинский конфликт ясно показал, что это не ЕС зависит от Москвы, а наша сырьевая экономика зависит от экспорта газа. Как только Брюссель сократил закупки, наша олигархическая элита стала метаться по всему миру, готовая всучить энергоносители кому угодно и по любой цене. Так что весь «хитрый план» – это набор лозунгов.
Но если кто-то всерьёз рассчитывал, что С-400 станет «троянским конём» для осложнения отношений Турции и Запада, то это был серьёзный просчёт. Решающим фактором в отношениях Запада и Турции этот контракт не стал и не мог стать. Запад недоволен «взбрыкиваниями» Эрдогана, его стремлением постоянно играть в игру «Турция – великая держава». Эрдоган же, со своей стороны, всерьёз стремится повысить международный вес Турции. Однако обе стороны нуждаются друг в друге. Западу нужна Турция, чтобы противодействовать интересам России на постсоветском пространстве. Анкаре же нужен доступ к западным технологиям и постоянное присутствие НАТО за своей спиной.