Но самое интересное, пожалуй, — трансформация Махно. Например, его жена была участницей украинского национального движения, а сам Махно, считая себя украинцем, относился к национальному вопросу лояльно, что в итоге положило конец их браку.

Однако в начале нулевых, в том числе благодаря публикациям архивов, в особенности «Літопис революції» из Харькова, мы смогли больше ознакомиться с этим аспектом. Например, официальное наименование его территории, ранее известное в мифологии как «Вольная территория», получило полноценное название «Южноукраинская трудовая федерация», что подчёркивает тягу к «всеукраинскому» масштабу, а не только к районам Запорожья и Донбасса; при этом в прокламации не было ни слова о России, хотя движение махновщины было русифицированным (но это проблема колониализма в целом).

В 1927 году Махно предпринял попытку отделить своё движение от русского революционного и даже организовать украиноязычные анархистские группы среди эмигрантов.