"Керенский назначил Кобылинского командующим трёх отрядов, которые должны были охранять Царя. Это называлось "Отряд особого назначения", который состоял из 1-го, 2-го и 4-го Гвардейских Стрелковых полков. Гражданским уполномоченным Временного правительства при Царской Семье был назначен комиссар Макаров. Желающими сопровождать Государя в изгнание были: фрейлина графиня Анастасия Гендрикова, гофлектриса Екатерина Шнейдер, гофмаршал князь Василий Долгоруков, лейб-медик Царя, то есть мой отец, и воспитатель Царевича Пьер Жильяр (в эмиграции - Пожизненный член Союза ревнителей Памяти Императора Николая II - прим.); доктор Деревенко и баронесса Буксгевден (в эмиграции также Член Союза ревнителей - прим.) получили разрешение присоединиться позже. Керенский просил Царя назвать ещё кого-нибудь из Его личного окружения. Николай II предложил целый список генералов Свиты. Когда им сообщили о желании Императора, ни один из них не выказал желания сопровождать Государя в Сибирь. Последним в списке Царь упомянул генерала Татищева, который сразу же согласился. До войны генерал Татищев был русским военным атташе в Германии; в 1914 году был назначен флигель-адъютантом Царя. Однако он жил не во Дворце и даже не считался близким приближённым.

Отъезд был назначен в ночь с 31 июля на 1 августа 1917 года. Поздно вечером Керенский появился в апартаментах Царя. "Все должны быть наготове, - объявил он, - не позже часу ночи весь багаж должен быть в одном месте". Глава Временного правительства был озабочен и лихорадочно возбужден; подстёгиваемый страхом, он проводил время у телефона, отдавал приказания, отменял их, лично контролировал любую мелочь.

В большой гостиной крепко спал на диване Наследник. Время проходило, но никакого указания не было; прошло три, четыре часа утра... Ожидание становилось тягостным. Государыня и Великие Княжны тихо плакали, не в силах утаить печаль, от страха и усталости. Отец ходил с успокоительными каплями и стаканом воды от одной к другой и пробовал приветливым словом Их взбодрить.

Царь, как всегда, сохранял достойное примера спокойствие.

Наконец Керенский потерял терпение. Железнодорожники бесконечно обсуждали приказы Временного правительства и заставляли себя долго ждать, прежде чем подали поезд. Когда стало светать и в помещение проник рассвет, Керенский дал наконец приказ подать автомобили, в которых должны были быть доставлены на вокзал Царская Семья и её Свита.

Печальный конвой с невероятной быстротой мчался по тихим улицам Царского Села и без всяких трудностей прибыл к поезду. Керенский, лично наблюдавший за посадкой пленников, отказался всё же назвать город назначения. Только в Сибири, а именно в Тюмени, Царская Семья после четырёх дней пути узнала, что Их должны доставить в Тобольск. Путешественники пересели на пароход "Русь", на котором по Иртышу Они должны были быть доставлены к конечной цели".

По материалам книги "Царский лейб-медик: жизнь и подвиг Евгения Боткина"

📝Подписаться на канал

#Царь_Россия_Навсегда #Союз_ревнителей_Памяти_Императора_Николая_II #Царственные_Мученики #Царская_Семья #Романовы #Боткин