Вот очередной пассаж от "доброго старичка" Феликса Накова. И меня заинтересовали даже не его слова, а сам механизм.
Основная масса публики проглотила эту кость по назначению. Джамаат начал ругаться с националистами, националисты с джамаатом. Все дружно занялись привычным делом: искать врага друг в друге.
Вообще легитимация административных решений, а порой и весьма жёстких кампаний, почти всегда начинается с изобретения языка проблемы.
Сначала появляются слова: «деструктивный», «чуждый традициям», «псевдорелигиозный», «радикальный».
Потом эти слова вкладывают в уста людям с репутацией: учёным, общественникам, писателям, директорам музеев.
Потому что когда это говорит чиновник, все видят уши государства.
А когда это говорит уважаемый человек, люди начинают воспринимать это как мнение самого общества.
Более того, находятся сотни согласных. Лайки, комментарии, репосты. И вот уже вчерашний тезис отдельного человека начинает уже как позиция большинства.
Так и работает легитимация.
Вспомните СССР. До арестов «вредителей» никто не выходил с лозунгом «давайте посадим инженеров». Сначала обществу объясняли, что проблема существует. Газеты писали. Уважаемые люди выступали. Соседи соглашались. А уже потом приходили административные решения.
Самое забавное, что многие сегодня удивляются: как люди могли писать доносы на соседей? Как могли поддерживать подобные кампании?
Да точно так же.
Сначала появляется «чужой».
Потом появляется общественное согласие, что он чужой.
А потом находятся желающие помочь государству разобраться с этим чужим.
И здесь интересное :
Почему одновременно с болезненной для республики проблемой родного языка обсуждается расширение преподавания арабского языка, а в публичное пространство выбрасывается тема «деструктивного псевдорелигиозного противодействия»?
Не потому ли, что одних удобно сталкивать с другими?
Пока джамаат и националисты с пеной у рта доказывают друг другу, кто из них правильнее, оба лагеря признают над собой одного и того же верховного арбитра.
Именно поэтому проблема не в Накове.
Проблема в том, что язык исключения давно запущен.
Просто многим кажется, что он всегда направлен против кого-то другого.
История показывает обратное.
Сегодня за пределы нормы выводят одних.
Завтра других.
А потом выясняется, что очередь дошла и до тех, кто вчера аплодировал.
