24 сентября | Больше не могу, но могу

4-й день женщины на телефонах. Из всех стран делятся инфой, передают контакты, креативят, как выехать мужчинам. В Баку иммигрантские девочки спасают, кого могут, - инструкции, диван, поддержка. Они меня восхищают.

Мы с А. тоже на связи. У людей ступор, приходится повторять простую инфу. Я помню свой ступор в марте и как бесило умничанье с заграничных диванов, но как не хватало чётких спокойных инструкций: Купите такие-то билеты. Сделайте доверенность. Остановитесь там-то. И ид.

Поняла, что переоценила свои силы, когда пришла домой ночью и легла в одежде без сил на коврик. Поняла, что не принадлежу себе. Что много думала о других и кончилась как человек.

И вчера на день попала в волшебный сад Алисы. Смогла выдохнуть. Гобустан, Шемаха, Исмаиллы, и вот чудо. Оказалась в лезгинских деревнях, где А. в детстве по ночам в горах костры жёг и фундук с деревьев ел. (Пока я ходила в Свердловский оперный театр и краеведческий музей).

В одной деревне на участке буйно растут инжир, орехи, хурма, слива, груши, яблоки, куры. Всё вместе в одном саду. Восхищалась как дикарка, а тётя Рехле посмеивалась надо мной по-лезгински. Горная река там течёт под окном, а над курятником восходят горы. Я ей сказала, как давно хотела приехать, и что деревня была у меня в сердце, звала меня. А. перевёл ей с русского, и они уже вместе хохотали надо мной.

В другой деревне горы у дома и видела, как растёт острый перец. А огурцы без теплицы. Другая тётя тоже хохотала.

А потом мы вернулись в тыл. Каждое утро просыпаюсь с то ли мыслью, то ли видением. Вчера - толпы бегут на ту часть палубы, которая ещё не ушла под воду. Сегодня - будто уже границы закрыли. Думаю, что бы делала я, будь мужчиной. Так мой ум иллюзирует контроль ситуации. Фантазирую. Уехать из страны. Остаться в стране, но скрываться в лесах. Не идти в автобус. Сбежать в тайгу. Использовать опыт походов, экстрима, выживания. Для этого колотить бригады с таким опытом.

Появятся лидеры. Бригады тренируются. Разрабатывают план. Партизанское движение. Некоторые женщины присоединяются. Остальные выживают в тылу. Но главное - план. Не побега.

От «давайте не про политику» до бунтов с вилами прошло полгода. Решение принимаемся умом минуты за 2. А потом есть 4 тысячи часов, чтобы его реализовать. Ведь выбор был у всех. Бросить всё это риск. Потеря комфорта. Привычных условий, да. Но время - было. А выбор есть и сейчас.

Результат выбора в том числе то, что тылом сейчас стали женщины. Я плохой советчик, наш кейс побега пока не очень успешный. Но это был выбор, о нём я не жалею.

🌛