Технократия преподносит себя как рациональный ответ на противоречия политики: процесс принятия решений объявляется деполитизированным, власть передаётся специалистам, а единственным мерилом становится эффективность. Однако в капиталистическом обществе не существует "нейтральной эффективности". Любая эффективность всегда задаётся классовыми отношениями и подчинена главной цели - воспроизводству капитала.
Поэтому технократия, равно как и меритократия, не устраняет политическую власть, а лишь маскирует её под техническое управление. Они создают особый слой управленцев, которые легитимируют существующий порядок через язык компетенций и рациональности. Таким образом, классовое господство переводится в форму экспертного знания, скрывая тот факт, что решения принимаются исключительно в интересах владельцев средств производства.
В рамках такой системы человек выступает не самостоятельным субъектом, а лишь элементом производственного процесса. Его способности, время и сама жизнь встраиваются в логику извлечения прибыли. То, что на языке управленцев называется "оптимизацией", на деле является лишь более изощрённой рационализацией эксплуатации.
Технократия не преодолевает отчуждение человека от его труда - она его усиливает, превращая живые социальные отношения в управляемые технические процедуры. Правящий класс подчиняет конкретного человека, делая его "винтиком" системы ради максимизации собственных прибылей, прикрывая это некой абстрактной высшей целью. Вопрос о том, кому принадлежат средства производства и кто реально определяет цели этого управления, подменяется иллюзией объективного экспертного решения.
Следовательно, корень проблемы кроется не в несовершенстве экспертизы и не в том, чтобы найти "достаточно умных" технократов. Проблема заключается в самой структуре капиталистического способа производства, которая неизбежно порождает отрыв управления от подчинённых, знания — от власти, а человека — от результатов его труда.
Социализм исходит из фундаментальной необходимости ликвидации классового господства как такового. Он решительно отвергает подход, при котором человек приносится в жертву системе. Как отмечал И.В. Сталин:
"Непримиримого контраста между индивидуумом и коллективом, между интересами отдельной личности и интересами коллектива не имеется, не должно быть. Его не должно быть, так как коллективизм, социализм не отрицает, а совмещает индивидуальные интересы с интересами коллектива. Социализм не может отвлекаться от индивидуальных интересов. Дать наиболее полное удовлетворение этим личным интересам может только социалистическое общество. Более того, социалистическое общество представляет единственно прочную гарантию охраны интересов личности. В этом смысле непримиримого контраста между “индивидуализмом” и социализмом нет".
В этой логике личность не противопоставляется обществу. Напротив, её потенциал полноценно раскрывается именно через устранение отношений эксплуатации и отчуждения.
При капиталистической технократии человек остаётся ресурсом для тех, кто уже обладает властью. Социализм предлагает иное: реализацию человека не как абстрактной единицы производства, а как творца собственного счастья.
Задача социализма состоит не в косметическом «улучшении капитализма», а в уничтожении самих условий, делающих возможным существование класса угнетателей. Лишь при таком подходе управление перестаёт быть инструментом политической власти над людьми и становится сознательной, научной организацией общественной жизни, осуществляемой самими трудящимися.
💬Обсуждайте и делитесь материалами в чатах нашей коалиции «8 января»:
– Либертарно-левый чат;
– Авторитарно-левый чат;
Красная Одесса. Подписаться
