Смотри без суеты вперед. Назад без ужаса смотри. Будь прям и горд, раздроблен изнутри, на ощупь тверд.
Личный театральный сезон начался с «Бега» в театре Вахтангова. Писать про него сложно – кроме того, что, кажется, первую часть я смотрела не глазами, а всем телом. Без знания сюжета и текста Булгакова опыт получился каким-то животным, на уровне чувств и ощущений. Этот уровень бьет по щекам, выпрямляет спину, а потом холодит ее, выплескивает слезы из глаз, а потом расширяет их до каких-то невозможных размеров. Самая важная мышца тела перестает работать самостоятельно, она вторит действию, этой худой девушке с кружащейся талией и надрывающимся крикам. Под конец устаешь и скучаешь, вопросов больше чем ответов, но, наверное, для этого и нужен Бродский. Отпустить тебя так, будто и не было этих трех часов сорока минут.
Пишите письма. Маме или папе, близким друзьям, любимому человеку или детям – неважно. Пишите письма. Собраться с мыслями и смелостью, выудить из всего спектра чувств самые важные слова и сказать их лично порой бывает непросто. Человеческие чудеса творят бумага и карандаш. Помогают выкристаллизовать суть, забыть о границах, открыть сердце и донести то важное, что кружится в голове, но гораздо реже бывает сказано. Пишите письма.
Добро пожаловать в первый зал. Это – место встречи с собой. Отпустить контроль, выдохнуть, сделать первый шаг и довериться пространству. Лабиринт встреч с историями и смыслами, которые помогут увидеть суть и встретиться с главным человеком – собой.
Удивительным образом иногда случаются дни, которые стоят многих недель и даже месяцев. Странно, что они проходят с такой же скоростью, что и самые обычные 24 часа, но, конечно, распутывать их как клубок событий, идей и ощущений можно еще очень долго.
До сих пор меня поражает мысль о том, что первый групповой созвон по поводу презентации книги случился в начале сентября. Тогда у нас было лишь смутное представление о том, что хочется сделать «иммерсивно», раскрывать смыслы из книги и вдохновлять людей на то, чтобы они рассказывали свою историю, замечали себя и других, писали письма и тексты.
Спустя месяц мы открываем пространство галереи, три больших зала наполнены инсталляциями, а гости, что гуляют по ним, украдкой вытирают глаза.
Новых опытов – миллион. А один из любимых связан с новыми форматами и возможностями текстов. Первое, отрывки из книги, ожившие на стенах и полотнах, вместе со своим масштабом будто обрели дополнительную глубину и звонкость, стали восприниматься немного по-новому. Удивительная сила текстового носителя – теперь уж точно не убедишь меня в том, что они неважны.
Второй необычный писательский опыт связан с написанием специальных текстов-проводников, которые водили гостей по пространству, раскрывали основные идеи, задавали правильные вопросы. Помню, последние недели перед презентацией, я в путешествии, хожу из одного музея в другой и начинаю обращать совершенно особенное внимание на музейные тексты. Подписи, цитаты, расположение – все амстердамские музеи были мне вдохновениями и помощниками в этом необычном приключении.
