На почти два месяца лишила себя любимой радости – писать сюда тексты и посты, делиться красивым и тем, что дает силы. Важное время случилось – переход в новый возраст (который всегда чувствуется, будто заново лезут зубы), большое путешествие, из которого вернулась ногами, но точно не головой. Когда захотелось писать сюда снова, случился кризис идентичности – о чем же рассказывать, почему я не могу выбрать что-то одно, почему всегда распыляюсь.
А потом случился разговор на кухне за вином, прозвучали слова: ты же сама учишь, что выбирать не нужно! Делать все, о чем не можешь перестать думать – единственный ответ.
Утренний Рим ничем не похож на ночной. Трезвонит ложками в чашках эспрессо, тарахтит моторами мопедов, шумит голосами прохожих. Мы-таки дошли до своего «отеля»: комнатка в квартире на шестом этаже дома 1860-х годов (юнец по римским меркам), бросили там вещи и отправились на первую съемку в парфюмерный магазинчик Arte Profumi на виа Коронари, это семейное дело, сложные глубокие ароматы, философия, искусство. Потом первая паста и первое мороженое.
Дальше идем в базилику Пуденциана, снимать выставку «Обретенный сад» Татьяны Ян, московской художницы. Ужинаем у нее, из окна вид на Собор Санта Мария Маджоре. Следующим утром заходим в Санта Марию — золото на потолке, мрамор на полу, мозаики на стенах. И бежим на поезд в Ареццо, оттуда по сельской Умбрии. В городке Монте Сан Савино нас ждал дом декоратора Андрея Дмитриева, а на холме над местечком Лерки — плодовый сад Изабеллы Далла Раджоне, она разыскивает и культивирует старинные сорта яблонь, груш, слив, вишен, инжира. Профессия Изабеллы — садовый археолог.
После съемки съели у нее яблочный пирог за столом под старыми деревьями, прыгнули в машину, успели выпить по чашке эспрессо возле вокзала Ареццо и — уже мчим во Флоренциию. Впереди три дня съемок. Дальше — Милан, Верона, Венеция. Все это будет в нашем летнем номере, тема которого — дорога. La Strada.
Об Италии я мечтала несколько лет. И вот после одного зимнего разговора, в католический сочельник, в снежной Москве решила, что весной мы поедем — на съемки нового номера, к новым интересным героям. В дорогу мы отправились с Машей Губиевой, которая когда-то пришла в нашу команду ответственным редактором на последнем курсе журфака, потом взяла в руки камеру и начала снимать, а в конце прошлого года сделала свой номер как шеф-редактор. Пройдя через приключения с визой, через перелеты Москва-Баку-Рим, через ночной волшебный автобус Фьюмичини — Термини, которого не было в расписании, и мы уже готовились прилечь на лавках зоны ожидания аэропорта, мы оказались в Риме 12 апреля.
Приехали на вокзал Термини, где в три ночи на картонках спят бездомные, укрывшись одеялами (Маша пожалела, что мы не взяли спальники), в «макдаке» гудят странные люди, в переулках дерется и орет друг на друга пара пьяных влюбленных. На адреналине решили, что дождемся чекин тайм в отеле (11:00), гуляя по Риму. Встретим рассвет в Вечном городе: Колизей, фонтан Треви, пьяцца Навона... Сил хватило дойти с сумками до ночного Колизея, там мы сели на ступенечки и зашли на букинг, чтобы найти ЛЮБОЙ работающий ночью отель. Маша хорошо пошутила: это были самые дорогие пять часов сна в жизни. Но и самые, наверное, благодарные. Душ, пижама, кровать, подушка, чистое белье. Феличита.
💌 Каждый понедельник вы получаете письмо от одной из нас. Сегодня пишет главный редактор Seasons Ольга Сергеева — прямиком из Италии, где они вместе с Машей Губиевой, шеф-редактором, сейчас делают съемки для летнего номера Seasons of life.
4 апреля с разницей в 47 лет родились советский режиссер Андрей Тарковский и американский актер Хит Леджер. В жизни встреча, конечно, не состоялась, но их творческие дела соприкоснулись в фильме «Кэнди», где поэт и наркоман Дэн в исполнении Хита глубокой ночью смотрит «Зеркало». Его девушка просит выключить телевизор, но тот лишь отвечает: «Это очень хороший фильм». Смотрит он этот отрывок. Такие случайные неслучайные параллели – обожать.
Четыре действия, два антракта, один перерыв на обед и ощущение, что ты провалился в какую-то другую реальность. Спектакль «Один день в Макондо» начался в СТИ в субботние 13:00, а из театра мы вышли в 22:40. Кажется, что за это время мы съездили в детский лагерь или были на ночевке у друзей – словом, прожили отдельную маленькую, но очень плотную жизнь.
Сложнейший текст Маркеса, переплетенный бесконечными Хосе и беспорядочными половыми связями, здесь выкристаллизирован и, очевидно, любим всеми причастными. С ним обошлись бережно, его произносят пластичные и сложные движения актеров, сложносочиненность пространства, которое работает наравне со всеми и, кажется, почти дышит. Просто о-ч-е-н-ь красивая игра света, практически волшебные сцены – я странным образом сравнивала это с «Дюной» Вильнева, почти каждая сцена – отдельный гениальный кадр. (У меня как у фотографа чесались руки). И, конечно, актеры. Как выразился наш новоприобретенный товарищ (а за весь день в театре без них не обойдешься) – «сами не успели устать от своих ролей, наслаждаются, это видно».
Я смеялась в голос, ревела, удивлялась бесконечно – а это вообще любимое и одно из главных для меня. Когда предугадать невозможно, только затаить дыхание. Я подумала, какой же это подарок – провести день в театре, а главными делами на день сделать слушание, смотрение и переживание – успеешь ли съесть морковный торт до начала второго действия.
