И вот во времена императора Анастасия и Лиутпранда, короля лангобардов [т.е. ок. 713–715 гг. – M.L.], все венецианцы, собравшись с патриархом Градо и епископами совместно постановили, что отныне более почетно для них будет пребывать под властью дожей, чем трибунов. И после долгого обсуждения о том, кого из них выдвинуть на этот высокий пост, они наконец нашли опытнейшего и славнейшего мужа по имени Павликий и, дав ему клятву верности, поставили дожем у города Эраклеи (1)Иоанн Диакон писал свою хронику на основе архивных документов, доступ к которому ему предоставил дож Пьетро II Орсеоло (961–1009). Как утверждал итальянский специалист Роберто Чесси, хронист трактовал упоминание dux Paulutio буквально как «дож Павликий», а затем реконструировал предание о его выборах, процедура которого скорее соответствовала рубежу X–XI веков, нежели началу VIII века. Тот же Чесси предположил, что реальным прототипом первого дожа мог быть Павел, равеннский экзарх в 723–726 гг., однако эта версия не общепризнана (2). Но интереснее то, как хронист умолчал о реально существовавшей в VIII веке зависимости Венеции от Византии и обернул ее в формирование ключевого республиканского института (3). Созданное Иоанном Диаконом предание о «доже Павликии» стало органичной частью мифологемы об исконно свободном венецианском народе.
(1) Цит. по: Лукин П.В. Новгород и Венеция. Сравнительно-исторические очерки становления республиканского строя. 2022. С. 190.
(2) Gasparri S. The First Dukes and the Origins of Venice // Venice and its Neighbors from the 8th to 11th century: Through Renovation and Community. 2018. P. 15–16.
(3) Cessi R. Paulicius dux // Cessi R. Le origine del ducato veneziano. 1951. P. 161–162.
🤩edieval Legacy
#ML_history
#ML_fontes
#ML_Venice