«Любовь гика» Кэтрин Данн
Перевод: Т.Ю. Покидаева

Эта книга уверенно занимает у меня второе место после «Возраста зрелости». Несмотря на то, что во время чтения мне было физически неприятно, сама идея и то, как выстроен роман — гениально.

Сюжет разворачивается вокруг цирка уродов, а точнее семьи, где родители сознательно создают “особенных” детей. Отец, будучи фармацевтом, с помощью препаратов во время беременности жены влияет на развитие плода, и на свет появляются не просто дети, а существа, балансирующие между человеческим и чудовищным. Читателю предстоит наблюдать их жизнь, карьеру и сложные, местами болезненные отношения внутри семьи.

Сразу предупреждаю: книга не для слабонервных. В начале мне буквально приходилось откладывать её, чтобы прийти в себя и не позволить воображению увести меня в слишком физиологичные и неприятные образы.

Пока история не захватила меня полностью, я ловила себя на попытках понять собственное отношение к происходящему: к персонажам, к их телам, к самой идее “уродства”. Эти мысли пугали. В какие-то моменты я не могла им сопереживать и чувствовала себя из-за этого ужасным человеком. Но со временем поняла: дело не в жестокости, а в том, что к этим героям нужно привыкнуть.

Отдельного восхищения заслуживает структура романа. Данн рассказывает одну и ту же историю с разных точек зрения: сначала голосом главной героини, карлицы-альбиноса, затем через газетные вырезки, а потом через записи других персонажей. Это не даёт заскучать и создаёт ощущение многослойности происходящего.

Единственное, что мне не понравилось это линия “после цирка”. Ни дочь главной героини, ни её новая знакомая, избавляющая девушек от красоты, не вызвали у меня интереса. Финал цирковой части тоже оставил лёгкое разочарование. Зато история с близняшками это одна из самых сильных и болезненных линий в книге, буквально выворачивающая душу.

Я однозначно рекомендую эту книгу к прочтению. Это тяжёлый, местами отталкивающий, но при этом выдающийся роман. Главное морально подготовиться к началу, а дальше Данн уже не отпустит.