Симона де Бовуар «Старость»
(издательство @admarginem)

Ох, сколько было пошучено шуточек типа «Ко мне наконец-то пришла старость!», «Мне пока очень нравится старость»! Но, к счастью, книга хороша не только своим каламбурным потенциалом.

У Симоны де Бовуар получилось по-настоящему масштабное исследование феномена человеческой старости: истории отношения к ней в самых разных ранних культурах, мифологии и религии, в литературе, современном и не очень обществе. Она пишет о психике и физиологии, восприятии старости обществом и самими пожилыми людьми.

Несмотря на то, что на протяжении всей истории отношение к старым людям менялось, в «среднем по больнице» оно никогда не было особенно радужным. В большинстве первобытных обществ старик – это обуза. Это узурпатор власти, который, потеряв ее, лишается и своего статуса. Одно из исключений – общества, где пожилой человек – носитель знаний, которые могут быть полезны другим. Заботу в старости могли обеспечить и близкие родственные связи.

С приходом старости человека не ждало ничего хорошего: на островах Фиджи предпочитали добровольно уходить из жизни, чтобы сохранить текущий возраст в ином мире. В Южном Судане стариков погребали заживо. Индейцы сирионо, переходя на другое место, просто оставляли тех, кто не мог дальше двигаться сам. Коряки убивали немощных стариков с их согласия. Этот список мог бы быть бесконечным. Основными причинами такого отношения Бовуар называет крайнюю нужду и/или отсутствие тёплых семейных связей. Если отец, пока был в силе, тиранил детей, вряд ли он мог ждать от тех снисхождения, когда их роли менялись.

Кажется, что с течением времени и развития цивилизации ситуация стара иной, но Бовуар описывает опыт европейских стран и США, где более 50 лет назад все было совсем не радужно. Она много внимания уделяет статистике, согласно которой многие пенсионеры оказывались буквально на грани нищеты и были вынуждены работать, пока могли это делать физически. Прожить на одно пособие было практически невозможно, а у вышедших на пенсию рабочих часто было три пути: жить впроголодь в своей квартире, оказаться на иждивении детей, для которых они часто становились обузой, или попасть в государственный дом престарелых, где условия были просто ужасными.

В современном Бовуар обществе (а описываются, в основном, 1940-е-1960-е), как и сейчас, качество старости зависело от финансового благополучия и того, чем человек занимался в молодости. Бовуар пишет, что сложнее всего приходилось тем, кто занимался физическим трудом и не умел (или не мог позволить себе) какие-то занятия по душе. Легче к выходу на пенсию, по ее словам, адаптирутся занятые интеллектуальным трудом.

Бовуар анализирует и образы пожилых людей в литературе: подробно, основательно, с многочисленными цитатами. Она сокрушается, что старики почти не выходят в ней на передний план, чаще всего играя роли второго плана. Здорово, что в последнее время ситуация потихоньку меняется.

В книге собраны и мысли многих известных людей о чужом и своем старении. Одна из моих любимых цитат здесь – Андре Жида: «Мне приходится прилагать немалые усилия, чтобы убедить себя в том, что сейчас мне столько же лет, сколько было тем, кто казался мне таким старым, когда я сам был молод».

Единственное, меня немного удивили некоторые переводческо-редакторские решения. Например, есть сноска из оригинального, я так понимаю, текста, где предлагается перевод доллара в Франции по курсу 1968 года. Информативно.

В остальном же, очень любопытная книга. Мне было интересно читать даже про статистику почти шестидесятилетней давности, которую Бовуар приводит в изобилии.

#СимонадеБовуар #французскаялитература #нонфикшн #нонфикшен