Резервация для коренных и бомба замедленного действия: почему «Восток Ойл» станет могильщиком Таймыра
За громкими разговорами о развитии Северного морского пути и геополитическом доминировании в Арктике проект «Восток Ойл» методично и безжалостно перемалывает жизни тех, для кого Таймыр — это не место для вахтовой наживы, а единственный дом. В первую очередь речь идет о долганах и других коренных малочисленных народах Севера. Тысячелетиями их традиционный уклад жизни строился на хрупком балансе с суровой природой — на оленеводстве, охоте и рыболовстве. Сегодня этот баланс растоптан тяжелой техникой нефтяников, а исконные земли коренных жителей превращаются в огороженную трубами промзону.
Промышленное освоение колоссальных площадей привело к жесткой фрагментации ландшафта. Бесконечные нитки трубопроводов, линии электропередач, дороги и вахтовые поселки перерезали исторические пути миграции диких животных и домашних оленьих стад. Для оленеводов это означает потерю пастбищ и разрушение всего хозяйственного цикла. Местные общины уже открыто фиксируют грубейшие нарушения природоохранного законодательства: тяжелая техника гробит нерестилища, водоемы загрязняются, а традиционные промыслы становятся физически невозможными. И какие бы копеечные программы «компенсаций» ни предлагала корпорация для отвода глаз, они не способны возместить уничтожение самой среды обитания, без которой культура и быт северных народов обречены на вымирание. Коренных жителей буквально загоняют в инфраструктурную резервацию, лишая базового права на традиционный образ жизни.
Но еще страшнее то, что ждет эти территории в обозримом будущем. Исторический опыт промышленного освоения Севера показывает, что катастрофы здесь не просто вероятны — они неизбежны. Таймыр уже пережил чудовищный разлив дизельного топлива на объектах «Норникеля», ликвидация которого обернулась чередой невыполненных обещаний и затяжных судов. Но масштаб «Восток Ойла» многократно превосходит все предыдущие проекты. Учитывая системные проблемы отрасли с износом оборудования, тотальную экономию на безопасности и экстремальные условия Заполярья, масштабный разлив сырой нефти — это лишь вопрос времени. И если в тундру или воды Енисейского залива выльются десятки тысяч тонн нефти, собрать их будет некому и нечем.
Постоянный гул 16 электростанций, сжигание попутного газа, токсичные выбросы судового топлива атомных ледоколов и танкеров убивают Арктику каждый день, даже без громких аварий. Экологические последствия накапливаются в геометрической прогрессии. Успех этого мегапроекта измеряется исключительно в триллионах рублей и объемах отгруженного на экспорт сырья, но за этот «успех» придется расплачиваться жителям Красноярского края. Когда запасы иссякнут, корпорации просто выключат рубильник, оставив после себя мертвую, отравленную землю, растаявшую мерзлоту и навсегда разрушенные судьбы коренных народов Таймыра.