Почти год назад я уже писал о феномене CUPSIZE. Тогда ск-истерия была на пике, новая музыка производила на слушателей, и меня в том числе, огромное впечатление. Было ощущение появления чего-то абсолютно нового. Сейчас же всё поулеглось, и можно более обстоятельно следить за развитием карьер этого нового поколения артистов без флера загадочности.

Спустя время у меня сложилось ощущение, будто CUPSIZE окончательно для всех стали своими. Они спокойно могут выступать на одной сцене вместе с Сироткиным, органично выглядя при этом и в сетлисте очередного ивента Дурки. Их музыка релевантна как для журналистов, так и молодой аудитории, и даже хейт в тик-токе вряд ли может этого отменить.

Явление это во всех отношениях уникальное, во многом демонстрирующее слом привычных жанровых стереотипов и ярлыков, который с течением времени проявляется только сильнее. CUPSIZE это группа или только псевдоним фронтмена Коли Лифонова, а если всё таки группа, то насколько тогда вообще корректно игнорировать других музыкантов? CUPSIZE это рэп? Или может панк, гиперпоп (да, был и такой этап), гараж, блюз? Их звучанию любят придумывать различные тэги, которые правда чаще всего выглядят очень натянуто. Я искренне не понимаю, зачем это нужно делать – любят эти песни явно не за изощренный звук. Тем не менее, вряд ли в этой неопределенности есть что-то плохое, ведь подобная история обычна для действительно больших артистов.

Можно сказать точно – это гитарная музыка, сыгранная людьми, выросшими на рэпе. Проявляется это, например, в формате релиза: Толя Пситеррор абсолютно верно отметил, «заставь меня плакать» это не альбом, а микстейп, срез звучания группы во всех его проявлениях. Помогают раскрыть это разнообразие и более экспериментальные «блюзовые» треки, они добавляют те новые эмоциональные регистры, которых мне не хватало в их раннем творчестве. Находится место и бэнгерам с привычным для группы грязным звучанием.

Но за всем этим рэперским выебоном разглядывается, конечно, ранимость и такой чисто панковский надрыв: ну не стал бы современный рэпер настолько напрямую петь про школьный буллинг например. Вообще, в этих песнях детская наивность и ироничность соседствует с переживанием горя, есть в этом какая-то своя неподдельная интонация. И назвать их комфортными или стерильными тоже нельзя. В них переплетается всё: неврозы, селфхарм, психиатрические больницы, случайные связи, любовь и насилие. Иногда даже будто непонятно, от чьего лица спеты эти песни, от лица жертвы или агрессора.

Песни CUPSIZE кстати мне неожиданно напомнили Автоматических Удовлетворителей, «вся моя жизнь говно» или «напорносайтах» вполне ведь мог бы спеть Свин. Нарочитый примитив, прямая как удар в челюсть лирика, чётко схваченные бытовые детали и откуда-то берущийся выход из всей этой повседневности в драйвовом разъëбе. В этом, мне кажется, и заключается их главная красота