ramzoritch 18+

иишка сказала, что эта песня ей подходит
кто я такая чтобы спорить с нейросетью 🥺

— Мне тоже надоела эта рутина, — спустя время подала голос она, — Делаешь одно и то же: убиваешь, ешь, спишь. Просыпаешься, получаешь задание, снова убиваешь. 

Ее слова никак не подействовали на него, и потому они продолжили сидеть в тишине, перебирая в голове все, что произошло за последние годы. Лайл, в какой-то степени был даже рад тому, что теперь он выше, сильнее, быстрее, но некоторые вещи не давали ему покоя. В новом теле все было чужим: очень длинные конечности, слишком острые ощущения, хвост, благодаря которому он ровно стоит на ногах, и эта блядская коса.. Он привык, но не смирился.

— Меня это не заботит. — усмехнулся он, и хотел продолжить, но Челси его перебила. 

— А что заботит? — спросила она.

Он замолчал и тут же сжал кулаки на столе. Челси заметила, что костяшки его были сбиты, и ранки были относительно свежими, но это было частью их рутины, и потому особого внимания на этом она не заострила. Кто сейчас ходил без единой ссадины? Никто. Всем доставалось по-своему, и легче не становилось, но иного пути или выбора у них не было.
 
— Устал я. — Лайл резко выдохнул, откинулся на спинку стула, которая тут же жалобно скрипнула, и закинул голову назад. 

Челси обратила внимание на то, как коротко и поверхностно он дышит: в моменте даже показалось, что ему не хватает воздуха. Она знала это состояние не понаслышке, ведь сама через такое проходила, когда только очнулась в этом теле. Но сейчас ее очень бесило то, что он отвечает односложно, и даже не пытается пойти на контакт, хотя понимала кто он и почему так себя ведет. 

— Ладно, я.. — начала она, собираясь уйти.

— Я смотрю в зеркало, Челс, и хочу разбить себе морду. — он поднял взгляд на нее, — Когда я думаю о том, что привязан ко всему этому на всю жизнь.. Уволиться нельзя, уйти некуда, мы просто вещи. — начал цедить он сквозь зубы, — Имущество ебаной корпорации.. — он резко замолчал и махнул рукой, поймав себя на том, что начал вываливать на нее свою боль.

Челси в свою очередь не отвела взгляд и медленно кивнула.

— Я знаю.

Он лишь посмотрел на нее с недоверием и вздернул бровь.

— Что ты знаешь?

— Радость моя, — усмехнулась она, пожав плечами. — Я тоже прошла через смерть и «воскрешение», став имуществом корпорации, которое не может сделать и шага в сторону, если ты забыл. И меня нередко посещают подобные мысли.

Лайл ухмыльнулся, отпив из кружки уже остывший кофе, что покрылся пленкой. 

— М-да.. — протянул он, — Если начнешь мне задвигать про то, что каждый день это подарок, и нужно замедлиться.. Че там еще? Нюхнуть корни Пандорского де-е-еревца.. Реальность все разрушает. База, хуйня творящаяся вокруг, и постепенно дохнущий как мухи отряд.

— Сомнительный «подарок» — сказала она, показав пальцами кавычки, — В любом случае, сидеть и убиваться тут из-за того, что изменить нельзя, это не дело. 

— И что ты предлагаешь? — Лайл чуть подался вперед, тяжело опустив локти на стол и сцепив пальцы вновь. На губах заиграла саркастическая ухмылка, — Будешь выслушивать мои жалобы о тяжелой судьбе наемника?

— Еще чего.. 

База никогда не замолкает: генераторы гудят, вентиляция гоняет воздух, но все эти звуки давно отошли на второй план, ведь за столько времени все свыклись с ними, и теперь не обращали внимания. Челси шла по коридору после нескольких изнуряющих часов в тренировочном зале: мышцы приятно ныли, кожа блестела от пота, и единственное о чем она теперь мечтала, это добраться до душа, смыть с себя все и завалиться спать. Но что-то.. не давало ей покоя уже какую неделю, и потому к ночи разные мысли заполняли ее голову.

Лайл.

Они были в одном отряде, и она знала его как громкого, вечно подначивающего всех и вся: он был из тех, кто заполняет собой пространство, кто подбодрит в трудный момент, да и в целом... Но в один момент он резко затих..

Сначала Челси списала все на усталость, и даже обсуждала с остальными ребятами с отряда происходящее, но никто не замечал этого. Или делал вид. Позже она скинула его поведение на то, что у него, может, проблемы с кем-то из командования. И пусть он был «под крылом» у Куоритча, Ардмор все равно частенько наводила свои порядки. Но вот когда Лайл вдруг перестал смеяться, подкалывать новичков и начал пропадать сразу после отбоя, она поняла: дело не в усталости, а в чем-то другом. 

В сегодняшнюю ночь она задержалась в зале. Изнуряющие тренировки давали ей ощущать себя живой, повышать выносливость в новом теле и не забывать кто она такая на самом деле, и именно поэтому она из раза в раз тренировалась до победного. По пути в душ, проходя мимо столовой, она увидела, что дверной проем зияет чернотой: только слабый свет со стороны выхватывал край стола и одинокую крупную фигуру, сидящую за ним.

Челси остановилась. Что-то в сгорбленной спине сидящего, и в том, как он выглядел, заставило ее замереть. Она постояла какое-то время в проходе, подбирая слова, ведь внутри боролись два желания: пройти мимо, не лезть, дать ему личное пространство, и все же спросить о происходящем, потому что она слишком хорошо знала, как выглядит человек, который «тонет». 

— Чего сидишь в темноте? — все же спросила она, обратив на себя внимание.

В ответ лишь тишина. Лайл медленно поднял голову, и в тусклом свете на секунду блеснули его желтые глаза. Он посмотрел на нее в упор, и, сделав какие-то свои выводы, провел ладонью по лицу, от лба к подбородку, а затем тяжело вздохнул.

— Не знаю, — он сделал паузу и поджал губы. — Нравится так.

Челси прислонилась плечом к дверному косяку и скрестила ноги, оперевшись на одну из них. Она продолжала вглядываться в его лицо, пытаясь разглядеть любую эмоцию, но их не было. Она не стала спрашивать у него разрешения и просто прошла внутрь, хоть и предпочла держаться на расстоянии. Девушка остановилась шагах в трех, опершись бедром о край соседнего от него стола и скрестила руки на груди. Она ничего не говорила, и давила на него тишиной, зная, что рано или поздно он заговорит сам.

Лайл понял, что уходить она не собирается, и снова потер лицо, провел пальцами по голове, а затем сжал затылок, опустив голову к столу. 

— Я не буду изливать тебе душу,  — глухо сказал он и вытянул руки перед собой, сцепив пальцы в замок. 

— Я и не просила тебя об этом. — спокойно ответила она, пожав плечами и проведя пальцем по железному покрытию стола.

— Иди спать, Челс. — тут же бросил он, повысив тон. Лайл хотел отмахнуться от нее, посидеть наедине с самим собой, а она вон, настырная..

Она не любила лезть в чужую голову, но оставлять сослуживца в таком состоянии от чего-то не хотелось. Челси села задницей на стол, у которого стояла, и уставилась на свои руки: ногти были обломаны, кожа вокруг обкусана, на ладонях красовались мозоли, которые рвались, не успевая заживать. Сейчас оба думали о своем. В столовой до сих пор пахло едой и кофе, где-то далеко за стеной глухо закрылась гермодверь, и звук прокатился по опустевшему помещению.

#переписка — «ты навязчивый новобранец» ч.2