“Что мы подразумеваем под термином «ревущие двадцатые»? Это принципиально новая социокоммуникационная среда. Новая среда культуры, новая среда коммуникации, технологий, культурного взаимодействия. И в этом смысле мы действительно возвращаемся в некий аналог ревущих 1920-х. Но если посмотреть на список конфликтов, там кое-чего не хватает: прежде всего того, что происходило внутри страны”,
– сказал Евстафьев.
Отдельно он подчеркнул феномен социальной вовлеченности.
“Вот мы говорим о крахе бирж тех времен. Помимо Нью-Йоркской биржи были и мелкие биржевые крахи. В других странах, чуть поменьше: в Британии, в Германии. А почему это произошло? Потому что играть стали слишком многие: новые социальные группы, отрицающие прежние рамки сословного поведения, начинают участвовать в большой экономической игре”,
– добавил Дмитрий Евстафьев.