Несколько дней назад отмечалось 36-летие декриминализации гомосексуальности в Израиле.

В 2018-м, когда отмечали 30 лет, в газете "Давар" была опубликована интересная статья о том, как все происходило. Я тогда перевел её. Вот этот текст.

Яхэль Фарадж, "Давар"

Дата 22 марта 1988 года вошла в историю, как день, когда израильский парламент, благодаря самоотверженности и смекалке депутата кнессета Шуламит Алони, отменил параграф уголовного кодекса, предусматривавший наказание за добровольные отношения между людьми одного пола.

В течение десяти лет политик и правозащитница Шуламит Алони пыталась изменить закон, существовавший со времени британского мандата в Палестине. Этот закон предусматривал тюремное заключение за сексуальные отношения между мужчинами. Когда ровно тридцать лет назад ее усилия увенчались успехом (Алони предприняла изощренный политический ход, позволивший, вопреки обстоятельствам, изъять конкретный параграф), это изменило жизнь сотен тысяч израильтян.

Британский закон 1936 года “спокойно” фигурировал в израильском законодательстве в течение сорока лет существования независимого еврейского государства. Несмотря на то, что против этого закона выступали некоторые общественные деятели (весьма немногочисленные, следует отметить), четыре десятилетия этот позорный параграф был прописан в израильском законодательстве. Просто представьте: всего 30 лет назад взрослый мужчина, добровольно вступавший в интимные, романтические отношения с другим взрослым мужчиной, считался преступником и мог быть приговорен к тюремному заключению.

“Жизни не было. Мы жили в подполье. Было ясно, что любая твоя ошибка, любой твой неосторожный шаг может привести к аресту и публичному, общественному позору, — описывает профессор Узи Эвен жизнь гомосексуалов до отмены параграфа. Эвен, родившийся в 1940 году, был первым открытым геем-депутатом кнессета. “Мы жили, как шпионы во враждебном государстве, понимая, что в любой момент может случиться "провал", — рассказывает он.

Трудно вообразить, насколько непохожей на нынешнюю была жизнь израильских ЛГБТ тридцать лет назад. Мало того, что не существовало ни одной публичной персоны — в общественной или культурной жизни, в СМИ (во всяком случае — открытой персоны, живущей вне “чулана”), в законе – черным по белому – было прописано, что ты преступник, что твоя любовь – преступление. Все попытки Шуламит Алони изменить или хотя бы смягчить закон были тщетны. Однако после десяти лет активной парламентской деятельности в правозащитной сфере ей наконец выпала неожиданная возможность сделать это.

“В 80-е годы я была координатором и пресс-секретарем партии РАЦ (основанной и возглавляемой Шуламит Алони – прим. переводчика), — рассказывает Михаль Рафаэли-Кадури, занимающая сегодня пост заместителя генерального директора медийной компании “YES”. — Онажды я была приглашена на ужин к своим друзьям Наве и Ноаму Семель. Ноам возглавлял в те годы Хайфский городской театр. Там я познакомилась с американо-британским писателем, драматургом, евреем и открытым геем, Мартином Шерманом, автором пьесы “Склонность” (“Bent”), на основе которой был снят известный фильм. Это страшная история о жизни еврейских и гомосексуальных узников в нацистском концлагере.

Когда Шерман услышал, что я работаю с Шуламит Алони, он спросил меня, как в этом государстве может до сих пор существовать подобный закон. Пусть даже этот закон почти не применяется, сказал мне драматург, он является формально действующим. В нацистской Германии, напомнил Шерман, гомосексуалов отправляли в концлагеря на основании существующего закона, нацисты не придумали ничего нового. Как такой закон может существовать в государстве евреев? После этой встречи я пришла к Шуламит и сказала ей, мы обязаны это исправить. Шула ответила, что я права”.

продолжение статьи в следующем посте