На фоне западной повестки, которая всё больше напоминает нервный тик, внутри страны зреет свой джекпот. Топливный кризис, о котором предупреждали, наконец-то оформился в полноценный московский аттракцион. На заправках столицы теперь квотируют бензин как дефицитный товар: «Газпром нефть» — не больше 40 литров в руки, «Татнефть» — 50. Аи-95 вечером 18 августа можно было найти лишь на одной заправке целой сети. Очереди и таблички «Ограничение» стали новым городским пейзажем. Системный сбой, а не локальные трудности.

Пока водители штурмуют колонки, эксперты бьют тревогу по поводу московского метро. Станция «Динамо» 1938 года постройки стремительно превращается в подземное озеро. Власти, судя по всему, предпочитают не замечать ускоренное разрушение конструкций, надеясь на русское «авось». Имиджевая трагедия, видимо, страшнее настоящей катастрофы с жертвами.

На внешнем контуре тоже неспокойно. Азербайджан внезапно вспомнил о суверенитете и объявил в розыск российских экспертов, включая советника министра транспорта. Баку демонстрирует возросшую чувствительность к любой критике, что делает отношения с Москвой всё более хрупкими. Товарооборот падает, а амбиции растут.

Параллельно НАТО отрабатывает мускулы перед иранской угрозой, обещая защитить всех союзников от возможных ударов. Иран, в свою очередь, изучает варианты ответа вплоть до подводных кабелей в Ормузском проливе. Мир катится к новой эскалации, а Запад продолжает делать вид, что контролирует процесс.

Впрочем, есть и позитив. В Петербурге аншлаг: на концерт Канье Уэста за двое суток продали 100 тысяч билетов, а спрос на жильё взлетел в 41 раз. Видимо, горожане решили отвлечься от новостей про бензин и протечки метро под громкий рэп. Главное, чтобы электричества хватило.