Меня всякими мудаками не напугать. Опытная, с кем только общаться не приходилось.

Но мудак Николай — особый случай. Познакомились мы в конце прошлого века. Я забежала к маменьке на работу, она в КВД работала. Он забежал туда же провериться на неприличные болезни, ибо был исключительно невоздержан и неразборчив в связях. Мне было 18, ему ровно в два раза больше.

Именно у маменьки в кабинете произошло наше незабываемое знакомство. У блудливого Николая при виде меня загорелся глаз. Маменька, заметив неладное, тут же гаркнула: «Коля, фу, сидеть! Только посмей слюни распустить в её сторону, закопаю лично!» Николай в тот раз заметно увял, но встречая меня в ночном клубе, не упускал возможности развернуть лыжи в мою сторону. Помня место нашего знакомства, обходила его по широкой дуге и напоминала о маменьке, которая вырвет с корнем всё. И проверяться больше не придётся.

Потом уже, периодически, он мелькал в поле зрения с очередной юной нимфой. Сам Николай старел, седел, морщинился, но возраст нимф почти не менялся.

И вот на днях столкнулись на стадионе нос к носу. Появился он как звезда: в темных очках, в белоснежных джинсах и футболке, сверкая унитазными зубами. Окинул взглядом беговую дорожку и увидел знакомое лицо. Мимо бодрым шагом маршировала я.

— О, Леночка, сколько лет, сколько зим, ты совсем не меняешься! — обрадовался мудак Николай и потрусил рядом. Я сухо поздоровалась и прибавила скорость.
— Ну давай поговорим, что ты убегаешь? — возмутился Коля и схватил меня за руку.
— О чём нам с вами разговаривать? — пришлось чуть замедлиться.
— О нас! — обрадовался он.
— О каких нас? — разговор толком не начался, но уже напрягал.
— Вот ты, например, усилия прилагаешь, чтобы хорошо выглядеть, фигуру бережёшь, ходишь тут ради этого. Тяжело вам, женщинам. С возрастом всё труднее привлекать внимание интересных мужчин. И ведь я бы даже с тобой замутил, если бы не знал твой точный возраст. Когда познакомились, тебе же 18 было, значит сейчас…, — Николай начал мучительно шевелить извилиной подсчитывая, сколько мне лет, — короче, если бы не знал тебя с тех времён, подумал бы, что тебе меньше. Так-то ты всегда в моём вкусе была, но у меня принцип - с девушками старше 35-ти не встречаюсь, — закончил пламенную речь 64-летний «юнец».

— Николай, — начала ласково, — я всё понимаю, стара для вас безнадёжно, но, во-первых, вспомните место нашего знакомства, я от спирохет и прочих трихомонад предпочитаю держаться подальше. Во-вторых, поведайте, дорогой, вы-то мне, хер потрёпанный, для какой цели?
— Я КТО? КАКОЙ?— офигел он.
— Хер, Николай. Потрёпанный, поношенный, помятый, молью побитый, — пожала плечами и пошла дальше.

Мудак Николай, буркнув что-то себе под нос, с видом весьма задумчивым и оскорблённым вяло пошагал на теннисный корт к таким же, как сам, возрастным мачо. Они там нарядными павлинами сбиваются в стаю несколько раз в неделю. Возможно, успехи на любовном поприще обсуждают. СпортсмЭны, блять.