Украина начала использовать накопленный опыт войны беспилотников как ресурс внешней политики. Около 15 украинских специалистов работают в Мали с туарегским Фронтом освобождения Азавада: обучают операторов, помогают планировать операции и удалённо корректируют полёты. Специалисты также действовали в Судане и Ливии, а украинские команды работали как минимум в пяти странах Ближнего Востока, пишет CNN.
⠀
На Ближнем Востоке эта схема уже получила государственную форму: украинские специалисты помогали Саудовской Аравии, ОАЭ, Катару, Кувейту и Иордании сбивать Shahed, а Киев получал соглашения о безопасности и обещания боеприпасов. В Мали та же компетенция одновременно проходит проверку в жаре, пыли и манёвренной войне.
⠀
Параллельно Украина давит на российские узлы за пределами своего фронта. В Мали украинцы помогают силам, воюющим с Africa Corps, а в Ливии, по данным CNN, операторы морских беспилотников используют Мисурату для ударов по российскому теневому флоту. Небольшие команды позволяют повышать российские издержки без переброски крупных украинских соединений.
⠀
У Киева появляется международная сеть военных партнёрств: партнёр получает дефицитные навыки и дешёвое тактическое преимущество, Украина — боеприпасы, технологии, доступ к новым театрам и возможность испытывать свои системы в других условиях.
⠀
Расширение этой модели ограничивает политическая цена местных союзов. Мали, Нигер и Буркина-Фасо уже жаловались в Совбез ООН, обвиняя Киев в поддержке терроризма, а Греция протестовала после обнаружения украинского морского дрона у своих берегов. Повторение такой схемы в новых странах покажет, что украинский опыт войны становится устойчивым экспортным инструментом безопасности.
⠀
Психоистория #Украина