Разница между новыми и старыми "богами" существенна. Одним словом, заключается она в долговечности. Информация и образы, которые нас окружают, порой одноразовы. Фиксированные смыслы габитуса трансформировались в размытые, постоянно меняющиеся смыслы эры трикстера.

Трикстер не создаёт и даже не ищет конечных смыслов. Его цель - движение, импульс, вызов.

Бесконечный поток смыслов не заменяет тяжёлую потерю их реальной значимости. Смыслы для зрителя или читателя сменяются настолько быстро, что он едва успевает различать визуальные и лингвистические образы.

Наделение смыслом перестаёт казаться необходимым процессом, и это вполне соответствует трикстерским качествам. Мифологические трикстеры, в том числе и Гермес, и Одиссей, и Локи - обманщики.

Ложь, маскирующая повреждённое ядро цивилизованный личности, не отменяет запроса на "настоящее". Нет ничего удивительного в возвращении к физическим аспектам - к метафорам насилия и разрушения.

Возвращение к реальности тела тоже можно считать трикстерским ходом. В традиционных сюжетах часто встречается телесная фрагментированность фигуры трикстера, которая вместе с психологической несвязностью преодолевается в процессе онтогенеза.

С другой стороны, телесные ощущения - особенно боль - остаются единственным доказательством существования человека в гиперреальности с её сенсорной перегрузкой.

Тело, будучи неосознанно разъединённым, пересекается с катастрофой смыслов в неудачной попытке передать картину мира.