Набросал вчера черновик начала рассказа. Ни разу не писал такое, интересны ваши впечатления.

Мокрое дело

Судя по справке в бортовой энциклопедии Кебрен V была дерьмовой планеткой, на которой вечно шел дождь.

Энциклопедия не врала. Из иллюминатора спускающегося в космопорт шаттла я смотрел на заливаемую небесной водой стену небоскребов из стекла, бетона и стали. Столица повторяла земные города конца XXI века – глубокая провинция, так уже лет пятьдесят не строят. Да и не живут уже, везде в моде низкоэтажная экологичная архитектура с малой плотностью населения.

В Гиперионе же все было по старинке – перенаселение, даунтаун-муравейник со зданиями по триста этажей, огромные рекламные голографические проекции в небе, километры трущоб на окраинах, разрезаемые скоростными трассами, забитыми пробками. Хай тек, лоу лайф, как писали фантасты прошлого. Вредные производства, горы мусора, мало зелени, мало света – десять солнечных дней в году, хронические болячки у населения… Еще через пару десятков лет город можно будет законсервировать и превратить в музей – и возить школьников с центральных планет показывать как жили люди столетия назад.

Планете дал название какой-то гик-астроном, увлекавшийся древнегреческой мифологией, в честь бога реки, текшей близ Трои. С тех пор так и повелось. Потом столицу назвали Гиперионом, по имени титана из той же мифологии. Второй по величине город планеты был, очевидно, назван уже кем-то другим, тем не менее, отдавшим дань традиции. Тлалок. Та же бортовая энциклопедия услужливо подсказала, что это был ацтекский бог дождя. Должно быть, название дал какой-то потомок граждан земного государства Мексика, увлекавшийся народными корнями.

На планете еще можно было обнаружить город Океан (опять в честь древнегреческого божества), грузовой космопорт Эгир (это уже из германской мифологии), Мацзу (эту и без справочника я знал, ей и сейчас поклоняются на десятках планет Красной Империи), Репун Камуи (что-то японское), и прочая, прочая… Перелет на провонявшем миллионами пассажиров гигантском транспортнике был долгим и у меня было прилично времени, чтобы изучить пункт назначения.

От гигантских серых труб заводов по переработке пластика поднимались клубы грязного дыма. Они смешивались с бьющим из свинцовых туч косым ливнем и покрывали черной сажей ветхие домишки бедняков. Должно быть, на поверхности воздух был подстать планетке. Но я все равно не мог дождаться когда вдохну его полной грудью, ведь затхлый рециркулированный кислород транспортника с дышащими на ладан воздушными фильтрами был хуже во сто крат. Совсем скоро я проветрю голову, что будет не лишним в предстоящем деле. До посадки оставалось пять минут.

Шаттл неторопливо спускался на планету Кебрен V, планету, чьи топонимы идеально подходили для античной трагедии, которая тут скоро разыграется.

Я летел убить своего бога и создателя. И самого себя.